«Пражская весна» и позиция западноевропейских компартий

 

«Вопросы истории», 11-12/2008

 

 

 

«"Пражская весна" не свалилась с неба, она была результатом исторического развития Европы и нашим ответом на исторический вызов второй половины XX в.» Эта оценка, данная Ч. Цисаржем в его мемуарах 1 (перевод главы из которых мы предлагаем на суд читателей наряду с документами из фондов Российского государственного архива новейшей истории) отражает объек­тивный смысл общественно-политического развития Чехословакии в 1963 - 1968 годах. Тогда в коммунистическом руководстве и интеллектуальных сло­ях общества происходило осознание необходимости отказа от тоталитарной модели социализма и проведения политических и экономических реформ. Видный деятель реформаторского курса, Цисарж в воспоминаниях раскры­вает обстановку в политическом «закулисье», дает критическую оценку соб­ственных действий, что помогает понять подоплеку многих партийных и го­сударственных решений.

 

Автор мемуаров принадлежит к поколению, которое вступило на арену общественно-политической жизни в конце Второй мировой войны и в пер­вые послевоенные годы; на формирование его взглядов сильнейшее влияние оказал разгром фашизма и освобождение Чехословакии Советской армией. «Вместе с восхищением успехами советских войск, взявших Берлин, в созна­нии чешских людей укрепилась мысль о преимуществах советской системы над фашистским режимом, - пишет Цисарж. - Жаль, но мы исходили из иллюзий и неполных представлений, а не из реальностей советской жизни, ее деформированную основу мы не знали» 2.

 

Это поколение, воспитывавшееся до войны на гуманистических взгля­дах президента Т.Г. Масарика, пережившее Мюнхен и расчленение страны, фашистскую оккупацию, прошедшее через антифашистское подполье и концлагеря, в 1945 г. восприняло в значительном своем большинстве идеалы социализма в их официальной трактовке сталинской пропагандой. Объясняя этот феномен читателям XXI в., Цисарж пишет: «Сегодняшнее молодое и отчасти среднее поколение смотрит на начальный период социализма с рас­терянным удивлением. Спрашивают, как мы могли так преданно верить и вдохновенно работать, чтобы в конце концов подчиниться тоталитарному режиму? Мои размышления над воспоминаниями прошлого являются по­пыткой как-то объяснить секрет нашей революционной молодости. Мы были то поколение, которое достигло зрелости во время одного из величайших исторических поворотов, подготовленного поколением отцов и дедов. Мы были уверены в его великолепии, ибо он открывал надежды, обещая испол­нить наши жизненные идеалы. Идеалам демократии и социализма мы отда­вали все силы» 3.

 

Через 20 лет именно это поколение выдвинуло плеяду политиков, выступивших «за социализм с человеческим лицом». По опросам обще­ственного мнения накануне августовского вторжения, Цисарж в иерархии этих политических лидеров занимал второе место после А. Дубчека. (За ним следовали: «отец» экономических реформ О.Шик, президент Л. Сво­бода и один из руководителей Пражского восстания 1945 г., сторонник курса реформ Й. Смрковский.) Он был членом КПЧ с 1946, пройдя путь кадрового партработника: сотрудник отдела пропаганды и культуры Праж­ского крайкома КПЧ, работа в газете «Rude pravo» и теоретическом журна­ле «Nova mysl», заведующий идеологическим отделом ЦК КПЧ, секретарь ЦК (в 1963 г., в 1968 г.). В среде творческой интеллигенции, работников науки, преподавателей вузов и школ он пользовался репутацией широко мыслящего человека. Сам же, оценивая свои политические настроения того времени, впоследствии писал: «Несмотря на все ошибки и трагедии, кото­рые были в начальный период установления монопольной власти комму­нистов и в более смягченной форме продолжались и после осуждения ста­линизма, я не переставал верить в историческое призвание социализма как гуманного строя. Я присоединился к тем, кто искал выход в исправлении ошибок, в изменении режима, в возвращении "человеческого лица" соци­ализму. Мне казалось бесцельным паниковать, идти по пути анархии... Вместе с тем мне представлялось неправильным бояться нового пути, мед­лить с переменами, демонстративно сохранять авторитаризм с его нега­тивной нетерпимостью... Однако я недооценил того, что замена Хру­щева в Москве Брежневым не обещала продолжения даже половинчатых реформ в СССР, более того, послужит тормозом реформ и в других странах» 4.

 

Реформаторская позиция Цисаржа беспокоила окружение А. Новотного в лице секретарей ЦК И. Гендриха и В. Коуцкого, курировавших идеологи­ческую сферу. В 1963 г. Цисарж был освобожден от работы в партийных органах и перемещен по указанию Новотного на пост министра культуры и образования. В 1965 г., обвиненный в проведении в сфере культуры полити­ки, не отвечающей линии ЦК, он был направлен послом в Румынию, прак­тически в политическую ссылку.

 

Возвратиться к политической деятельности в стране ему удалось только после отстранения в марте 1968 г. Новотного от должности всевластного пер­вого секретаря ЦК КПЧ. В результате острой борьбы на декабрьско-январском 1968 г. пленуме ЦК КПЧ новым секретарем был избран Дубчек, от кото­рого ожидали проведения реформ во имя преодоления стагнации, отчетливо проявившейся в стране уже с конца 1950-х годов и усиливавшей ее экономи­ческое отставание от развитых государств мира, в число которых до войны входила Чехословакия.

 

Однако итоги декабрьско-январского пленума ЦК КПЧ были встрече­ны с большой настороженностью брежневским руководством, пересматри­вавшим курс XX-XXII съездов КПСС после снятия Хрущева. Г.А. Арбатов, работавший в те годы в аппарате ЦК КПСС, отмечает неприемлемость для Москвы решений пленума ЦК КПЧ: «Негативное и даже враждебное отно­шение нашего руководства к событиям в Чехословакии сформировалось, как представляется, не в июне, и не в августе, и даже не в мае, а, скорее всего, в январе 1968 года. Враждебность в силу внутренних причин, неже­лание идти путем перемен вызывал сам курс реформ, на который вставала Чехословакия» 5.

 

Перед новым же руководством ЦК КПЧ встала задача разработки про­граммы действий как отправной точки в реализации нового курса и, од­новременно, перестройки работы государственных и партийных органов с соответствующими переменами в составе кадров, обеспечивающими про­ведение новой политики. В марте 1968 г. по вызову первого секретаря

 

Дубчека Цисарж возвратился на работу в Прагу. На апрельском пленуме ЦК, который утвердил «Программу действий КПЧ» и произвел переста­новки в руководстве партии, Цисарж вошел в состав ЦК и был избран секретарем ЦК, ведающим сферой науки, культуры и средств массовой информации. Таким образом он оказался в центре событий. Суть «Про­граммы действий» сводилась к проведению системы переходных мер, на­правленных на постепенный переход от существующей тоталитарной сис­темы, основанной на властной монополии узкого круга лиц, действующих от имени правящей партии, к многопартийности, обеспечивающей учет интересов всех слоев населения.

 

Авторы программы, в числе основных разработчиков которой был юрист 3.Млынарж, окончивший в 1955 г. Московский государственный универ­ситет, исходили из того, что ее реализация займет длительный период. В результате КПЧ постепенно должна превратиться из силы, сконцентриро­вавшей власть в руках узкой группы лиц, в демократически построенный политический организм. В первую очередь предполагалось ликвидировать верховенство партийных органов в сфере экономики, открыть путь к плю­рализму мнений через отмену цензуры и реализовать новую концепцию Национального фронта как «большой коалиции» всех политических партий и общественных организаций. «Программа действий» предусматривала не­изменность внешнеполитического курса, хотя и содержала намеки на крити­ку предшествовавшей слабой активности Чехословакии в международных орга­низациях и пренебрежения взаимовыгодными контактами с развитыми ка­питалистическими странами. С точки зрения нового руководства КПЧ, речь шла о формировании новой модели социализма. Идеологическое обоснова­ние необходимости демократических реформ было сделано в мае 1968 г. в докладе, посвященном 150-летию К. Маркса, с которым выступил на торже­ственном заседании Цисарж. В докладе говорилось о том, что необходимо заново осмыслить марксизм как учение о социализме, что ленинизм был одной из интерпретаций марксизма на основе исторического опыта России, а Сталин подверг ленинизм ревизии в духе прагматической политики правя­щих групп и личной власти. «Диктатура пролетариата в марксистском пони­мании постепенно деформировалась в диктатуру партии, затем в диктатуру ее органов и, в конце концов, в диктатуру узкой группы в руководящем цен­тре, опирающуюся на аппарат власти». Вывод из этого делался один: дикта­тура пролетариата исчерпала свои возможности, необходим новый вариант политической системы, который будет соответствовать достигнутому уровню развития. «Для этого нужно новое возрождение марксизма, отвечающее по­требностям последней трети XX века... Чехословакия не живет в изоляции, мы должны давать марксистский ответ и на вопросы положения в мире. Если мы хотим содействовать международным силам социализма, мы должны до­биться успехов во внутренней политике, в чем-то отличной от других соци­алистических стран, но связанной с историческим развитием Чехословакии» 6. Фактически в докладе обосновывалось коренное изменение роли коммунис­тической партии в новой политической модели социализма. Чехословацкие реформаторы, как это ясно показывают воспоминания Цисаржа, видели свою миссию в том, чтобы предложить мировому коммунистическому движению новую модель «социализма с человеческим лицом», придать свежий импульс теории и практике марксизма.

 

Издавна вынашиваемая чехами идея служить мостом между Востоком и Западом обрела новое звучание и тешила национальную гордость. Публи­цист А. Климент считал, что «лишь свободный и гордый народ несет интер­национальную - в нашем случае европейскую - миссию» 7.

 

Сознавая, что стране не суждена роль военной державы, интеллиген­ция подпала под обаяние мечты о Чехословакии как культурном центре Европы, как генераторе прогрессивных идей и носителе интеллектуального потенциала. Разворот Чехословакии в сторону Европы противоречил совет­ским представлениям о ней как надежной заставе на западном рубеже лаге­ря социализма или мастерской, перенасыщенной тяжелой и оборонной про­мышленностью и работающей на привозном сырье на основе разделения труда в Совете экономической взаимопомощи. «Mlada fronta» 14 февраля сетовала на то, что угодничество Новотного перед Советским Союзом и про­тиводействие ГДР не позволили своевременно нормализовать отношения с Бонном в интересах экономического сотрудничества, а видный экономист Э. Лебл 20 февраля ставил вопрос: сколько еще потребуется Чехословакии времени, чтобы урегулировать свои «неравноправные отношения с Советс­ким Союзом в экономической области». Шлюзы критики открывались в та­ких сферах, где годами не осмеливались и слово сказать вразрез с официаль­ной линией.

 

Начинания лидеров «Пражской весны» были во многом созвучны на­строениям западноевропейской левой интеллигенции, напряженно размыш­лявшей в тот период над поиском «третьего пути», находили отклик и среди некоторых руководителей европейских коммунистических партий. В мему­арах деятелей «Пражской весны» немало свидетельств об их контактах с итальянскими и французскими коммунистами, с представителями прессы европейских стран, которые с вниманием следили за развитием событий в Чехословакии. Из их оценок и высказываний вытекало, что они отнюдь не рассматривали происходившие перемены как лишь внутреннее дело Чехос­ловакии. «Если вам это удастся, это будет иметь огромное значение для Франции и всей Западной Европы, которая теперь тоже ищет выход из своих экономических и социальных проблем», - сказал шеф-редактор фран­цузского журнала «Démocratie nouvelle» в мае 1968 г. в беседе с представите­лями ЦК КПЧ 8.

 

Решающее значение, однако, имела позиция лидера Восточного бло­ка - КПСС. 9 апреля открылся Пленум ЦК КПСС с трехчасовым докла­дом Брежнева «О международном положении и борьбе КПСС за сплоче­ние мирового коммунистического движения» (текст доклада не подлежал публикации). Ситуация, сложившаяся в Чехословакии, рассматривалась в докладе исключительно через призму борьбы с ревизионизмом и антисо­циалистическими элементами, набиравшими силу в обществе. Корни про­исходящего составители доклада видели не столько в недостатках и мето­дах работы Новотного, сколько в недооценке идеологической работы Ком­партией Чехословакии, недостаточной идеологической зрелости ее чле­нов, притуплении бдительности в отношении вражеских идеологических влияний, исходящих из лагеря империализма 9. Брежнев на пленуме не раскрывал деталей своих взаимоотношений с руководством Компартии Чехословакии. Однако известно, что в это время он обратился к Дубчеку с письмом, доверительный тон которого свидетельствовал о наличии еще не израсходованного резерва доверия к чехословацкому лидеру и его спо­собности владеть ситуацией. «Сижу один среди глубокой ночи», - делил­ся он с Дубчеком своими раздумьями о судьбах мира, определяемых про­тивостоянием двух систем. «Империализм сейчас, не имея возможности пойти против нас лобовой военной атакой... пытается развернуть наступ­ление на идеологическом фронте. Империализм ищет наиболее слабые звенья в социалистическом лагере», - писал Брежнев, имея в виду Чехословакию; «дорогому Саше» он предлагал навести порядок в средствах ин­формации, открыть сезон охоты на всяческие ревизионистские силы, пере­крыть им пути влияния на общественную жизнь. В конце апреля последовал телефонный звонок Косыгина, который, высказав уверенность в сохране­нии вечной дружбы, все же просил в правительственных декларациях более акцентированно высказываться об общих интересах социалистического ла­геря.

 

На Московских переговорах 4 мая советский премьер, уточняя свою позицию, поставил ситуацию в Чехословакии в международный контекст, указав, что происходящее затрагивает интересы многих других стран. На этом примере, заявил он, враги социализма стремятся показать, что компартия неспособна руководить обществом, а сотрудничество с СССР невыгодно. Ко­сыгин невольно выразил очень пессимистичный взгляд как на гегемонию СССР в Восточной Европе, так и на прочность социализма в ее пределах: если «Чехословакия заколеблется и произойдет реставрация капитализма, то придет очередь и некоторых других социалистических стран».

 

Таким образом, становилось совершенно очевидно, что советское руко­водство видело в развитии «чехословацкого эксперимента» угрозу существо­ванию всей «системы мирового социализма». Идея силовой защиты социа­лизма от «контрреволюции в Чехословакии» появилась в арсенале аргумен­тов Москвы еще в первой декаде апреля 1968 года. Генеральный штаб уже завершил разработку плана введения войск на территорию Чехословакии «с целью подавления, а при необходимости и уничтожения контрреволюции на ее территории» 10.

 

Это еще не было политическое решение, оно состоялось позже - 18 авгу­ста. Таким образом, между разработкой плана и его реализацией оказался по­чти четырехмесячный разрыв, заполненный попытками руководства евро­пейских коммунистических партий повлиять на советскую сторону, взять под защиту пражских реформаторов, не допустить использования советской стороной крайних мер и созыва международного совещания коммунистичес­ких партий (оно все же состоялось в июле 1968 г.) и обсуждения на нем «чехословацкого вопроса».

 

Для понимания этих обстоятельств первостепенное значение имеют до­кументы аппарата ЦК КПСС из фондов Российского государственного архи­ва новейшей истории.

 

По заведенной в СССР практике, все сведения, затрагивающие между­народные отношения и события в «социалистических» странах направлялись в первую очередь в соответствующий отдел ЦК КПСС, применительно к Чехословакии - в отдел ЦК КПСС по связям с коммунистическими и ра­бочими партиями социалистических стран (заведующим отделом являлся К.В. Русаков). Именно в этом отделе референты переводили материалы, поступавшие в ЦК из-за рубежа, после чего они направлялись на рассмот­рение сотрудникам отдела. Здесь же принимались оперативные решения на основании сведений, представленных посольствами и другими учреждения­ми, а также данных, полученных из неофициальных источников. В случае если вопрос имел особую важность, его рассматривало Политбюро (поста­новление могло быть приято как на заседании ПБ, так и опросом его членов, без непосредственного обсуждения).

 

Публикуемые материалы из фондов РГАНИ (постановления Политбю­ро ЦК КПСС, записи бесед советских дипломатов и аналитические матери­алы, подготовленные советскими посольствами, письма лидеров западно­европейских коммунистических партий с резолюциями сотрудников аппа­рата ЦК КПСС) раскрывают позицию советского партийного руководства, склонного рассматривать события в ЧССР не через призму интересов меж­дународного коммунистического движения, а прежде всего через призму геополитических интересов. Воспоминания Цисаржа свидетельствуют о том, что чехословацкое руководство со своей стороны оказалось не готово ис­пользовать мировое коммунистическое движение в качестве противовеса советской политике: согласившись на предложенный Москвой формат дву­сторонних переговоров, оно рассчитывало ценой уступок добиться компромисса и сохранить курс на реформы. В реальности же получила подтверждение система разделения Европы на сферы влияния двух сверх­держав.

 

Публикацию подготовили Г.П. Мурашко и Т.А. Джалилов (перевод с чешского языка, комментарии).

Мурашко Галина Павловна - доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник Института славяно­ведения РАН; Джалилов Теймур Агабаевич - ведущий специалист Отдела публикаций РГАНИ.

 

№ 1. Из записи беседы посла СССР во Франции В.А. Зорина с генераль­ным секретарем Французской коммунистической партии В. Роше 11

 

Секретно 11 июля 1968 г.

 

Пригласил сегодня на завтрак в посольство тов. В. Роше и членов по­литбюро ФКП тт. Ж. Марше и Р. Гюйо.

 

В ходе состоявшейся беседы т. В. Роше отметил следующее.

 

1. В начале встречи т. В. Роше сообщил, что у него имеется приглаше­ние от генсекретаря компартии ЧССР т. А. Дубчека 12 посетить ЧССР. Фран­цузские друзья затянули с поездкой в ЧССР, сославшись на майские собы­тия во Франции, но сейчас, после вторичного приглашения, т. В. Роше зая­вил, что он намерен поехать в ЧССР. Однако до выезда в ЧССР он хотел бы посетить Советский Союз с тем, чтобы проинформироваться об обстановке в ЧССР и перспективах этой обстановки.

 

Тов. В. Роше высказал большую озабоченность этой обстановкой и не­обходимостью сохранения социалистического строя в этой стране. Он выс­казал пожелание, если будет такая возможность, встретиться с т. Л.И. Бреж­невым и побеседовать с ним по этому вопросу.

 

После ознакомления с информацией ЦК КПСС (прилагается) относи­тельно положения, складывающегося в ЧССР, т. В. Роше отметил, что пере­ход ЧССР в лагерь капитализма имел бы катастрофические последствия для всего дела социализма, но в то же время применение внешних крайних мер (например, вооруженного вмешательства со стороны других социалистичес­ких стран) также имело бы самые серьезные последствия для всего коммуни­стического движения, в том числе для ФКП. Хотя, сказал т. В. Роше, в ин­формации ничего прямо не говорится о такой возможности, но она «как бы висит в воздухе». Т. Роше заявил далее, что в отличие от т. Лонго, кото­рый был в ЧССР в начале событий и поддержал новую ориентацию ЧССР, он лично предполагает в ходе встречи с т. Дубчеком оказать на него необхо­димое давление с тем, чтобы со стороны руководства КПЧ проводилась бо­лее твердая линия для нормализации обстановки и укрепления руководства партии в стране.

 

Т. Роше отметил также серьезность обстановки в ЧССР, необходимость для КПЧ взять под свой контроль органы пропаганды, однако, все это, по мнению т. Роше, должно быть сделано при помощи внутренних средств, т.е. при помощи чехословацкой армии, народной милиции и всего государствен­ного аппарата 13.

 

(Присутствовавший на беседе т. Марше говорил, что обстановка, сло­жившаяся в ноябре месяце 1956 года в Венгрии, когда была явной в стране деятельность внешней контрреволюции и когда ФКП считала необходимым вмешательство СССР, совершенно отличается от обстановки, которая скла­дывается сейчас в ЧССР и вокруг ЧССР).

 

Т. Роше сообщил далее, что в ходе бесед в Москве он хотел бы и помимо вопроса о положении в ЧССР обсудить вопрос о выработке общего докумен­та, который должен быть принят международным совещанием коммунисти­ческих и рабочих партий. Он сказал, что при обсуждении этого вопроса в Будапеште, кажется, возникли некоторые разногласия, которые он хотел бы попытаться урегулировать в ходе бесед в Москве. Сказал тов. Роше, что не­медленно передам о его просьбе в ЦК КПСС...

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 490, л. 223-224. Подлинник.

 

Опущено изложение части беседы о положении во Французской компартии.

Приложение № 1

 

Устная информация для т. В. Роше, переданная ему 11 июля 1968 года

 

Руководители ряда братских партий, обеспокоенные развитием событий в Чехословакии, обратились в ЦК КПСС с просьбой высказать по этому поводу наше мнение, поделиться соображениями о возможных шагах в под­держку братской Чехословацкой компартии; учитывая, что эти события при­обретают все более опасный для дела социализма характер, а также тот факт, что, по понятным причинам, мы не можем предать гласности имеющуюся у нас информацию, мы считаем своим долгом доверительно сообщить вам сле­дующее.

 

Прежде всего мы хотели бы сказать, что чехословацкие руководители заверяли нас, как и другие братские партии, что решения последних плену­мов ЦК КПЧ направлены на устранение допущенных ранее недостатков и ошибок, на дальнейшее развитие социалистической демократии, подъем эко­номики, улучшение деятельности государственных и партийных органов. Разумеется, принятие таких решений - всецело внутреннее дело чехосло­вацких товарищей. Вместе с тем, как истинные друзья коммунистической партии Чехословакии, мы в ходе имевших место товарищеских встреч с че­хословацкими руководителями говорили им, что решение выдвинутых ими проблем - дело нелегкое, оно требует большого напряжения сил, воли и энергии всей партии, настойчивой работы по сплочению трудящихся масс, а главное, осуществление всех этих задач должно проходить под контролем и твердым руководством со стороны партии.

 

Давая товарищеские советы, мы учитывали особенности как компартии Чехословакии, в которую в свое время влилось много социал-демократов, так и особенности страны, где антисоциалистические элементы имеют определен­ную базу. Как известно, чехословацкая буржуазия - бывшие предпринимате­ли, крупные торговцы, помещики и другие представители эксплуататорских классов - после победы социалистической революции в большинстве своем эмигрировала из страна. Все эти годы многие из них не расставались с надеж­дой на возврат капиталистического прошлого и ждали своего часа.

 

В этих условиях, как мы об этом говорили чехословацким руководите­лям, нужно твердо держать в своих руках партийный, государственный руль, в противном случае это будет использовано правыми антисоциалистически­ми элементами для дискредитации всей деятельности КПЧ, оттеснения ее от руководства обществом и в конечном счете для ликвидации социалистичес­кого строя.

 

Со всеми нашими соображениями чехословацкие товарищи соглаша­лись. К сожалению, весь последующей ход событий оправдывает наши худ­шие опасения.

 

Обстановка в ЧССР становится все более тревожной. В противовес КПЧ в стране возникла и разрастается политическая оппозиция, которая отверга­ет марксизм-ленинизм, требует коренной ломки сложившегося обществен­ного и государственного строя, выступает за возврат Чехословакии к буржу­азным порядкам. В столице, городах и районах появляются многочисленные легальные и нелегальные группы в которых тон задают непролетарские эле­менты и выходцы из эксплуататорских классов.

 

Антисоциалистические силы действуют все более активно. Они раска­лывают чехословацкое общество, противопоставляют партию народу, проф­союзы - партии, интеллигенцию - рабочему классу, молодежь - старшему поколению. Они настойчиво добиваются ликвидации руководящей роли ком­мунистической партии в Национальном фронте, вытеснения коммунистов из органов власти и управления, из руководства собственных организаций. Они собирают под одну политическую крышу всех, кто может служить их антисоциалистическим делам - от запутавшихся, растерявшихся в сложной политической ситуации людей, до открытых классовых врагов социалисти­ческого строя, от правых социал-демократов - до бывших пособников гит­леризма, активно используют в подрывных целях различные «клубы» и дру­гие организации, упорно добиваются создания социал-демократической партии.

 

Сейчас дело подошло к тому, что антисоциалистические силы прямо выдвигают требование отстранить КПЧ от руководства обществом. По суще­ству, вся деятельность, все основные направления политики КПЧ поставле­ны под обстрел. Факты показывают, что вылазками антисоциалистических элементов руководят законспирированные организационные центры, кото­рые выдвигают и меняют лозунги, указывают направление атак при каждом повороте событий.

 

Обстановка приобретает опасный характер, особенно в связи с тем, что основные средства массовой информации (печать, радио, телевидение), по существу, находятся в руках антисоциалистических сил и используются ими для атак на КПЧ и идеи социализма.

 

Нельзя не видеть, что за так называемыми призывами антисоциалисти­ческих сил к «возрождению» свободы и демократии в Чехословакии на деле скрывается не что иное, как стремление восстановить буржуазные порядки. Не случайно, что сейчас основным лозунгом правых стало требование свобо­ды для оппозиционных партий, для открытого изложения ими своей антисо­циалистической платформы. Об этом говорит и тот факт, что в чехословац­кой печати, по радио и телевидению идет широкая кампания по возвеличе­нию и восхвалению таких деятелей буржуазной Чехословакии, как Масарик и Бенеш.

 

Правые антисоциалистические силы требуют переориентации внешней политики Чехословакии. Они насаждают враждебные чувства в отношении других социалистических стран, прежде всего Советского Союза, расшаты­вают союзнические отношения ЧССР с СССР и другими социалистически­ми государствами, ищут возможности подрыва организации Варшавского договора, дискредитации Совета экономической взаимопомощи.

 

Нельзя пройти мимо тех многочисленных заявлений в печати, по радио и телевидению, на митингах и собраниях, в которых содержатся атаки на позиции .социалистических стран по таким коренным вопросам, которые касаются сохранения мира и европейской безопасности, дело доходит до того, что в выступлениях некоторых чехословацких деятелей выгораживается За­падная Германия с ее реваншистским, милитаристским курсом, содержатся призывы, по существу, одобряющие курс государства, которое считает себя в политике фактически преемником гитлеровской Германии.

 

При этом проводится мысль о том, что место Чехословакии во внешней политике должно определяться ее географическим положением, а именно - расположением «между СССР и Германией», хотя известно, что так называ­емое географическое положение Чехословакии не спасло ее от агрессии гер­манского фашизма. Суть вопроса не в географическом положении, а в том, чтобы агрессии, реваншизму и милитаризму противопоставить единство дей­ствий всех миролюбивых государств, и в первую очередь социалистических стран.

 

Все это делается для того, чтобы оторвать Чехословакию от социалисти­ческого лагеря и тем самым облегчить достижение своих антисоциалистичес­ких целей.

 

Сейчас, накануне внеочередного, XIV съезда КПЧ, антисоциалистичес­кие силы стремятся создать в стране обстановку неуверенности и политичес­кой неустойчивости с тем, чтобы затруднить состоятельную подготовку съез­да партии, очернить всю деятельность КПЧ и всех ее работников, которые в течение десятков лет самоотверженно боролись против буржуазии, против фашизма, попытаться повлиять на состав делегатов съезда и будущего ЦК партии, сорвать выработку съездом конструктивных решений проблем, сто­ящих перед Чехословакией.

 

Особенно тревожно, что эти действия находят поддержку среди некото­рой части членов КПЧ и даже среди отдельных членов Центрального Коми­тета, которые, по нашему мнению, все более открыто проводят ревизионис­тскую линию и тем самым расчищают дорогу антисоциалистическим силам. Правые элементы внутри партии все чаще допускают выступления, направ­ленные на ревизию марксизма-ленинизма. Под флагом защиты прав мень­шинства они разрушают основные организационные принципы, на кото­рых строится партия. От легализации фракций и группировок к развалу партии - такова подлинная суть линии ревизионистских элементов в КПЧ. Они пытаются навязать КПЧ такую линию, которая вела бы к отказу от испытанных марксистско-ленинских принципов, к перерождению и разло­жению социалистического общества.

 

Активизация антисоциалистических и других правых сил уже сейчас привела к дезорганизации важнейших звеньев партийного и государственно­го механизма, который оказался деморализованным и не в состоянии оказы­вать сколько-нибудь серьезного противодействия враждебным вылазкам этих сил. Деморализованными оказались и многие местные партийные организа­ции. Практически распался Чехословацкий союз молодежи, перестали функ­ционировать некоторые профсоюзы.

 

Антисоциалистические силы уже обнародовали свою политическую плат­форму - это так называемый документ «две тысячи слов». Этот документ целиком обращен против КПЧ, направлен на расшатывание позиции социа­лизма в Чехословакии. Это - откровенная и злобная попытка очернить пе­ред чехословацким народом, перед мировым общественным мнением всю коммунистическую партию, всю ее деятельность.

 

Авторы обращения «две тысячи слов» зовут к развертыванию подрыв­ной деятельности в каждом городе, в каждом районе, на каждом заводе, в каждом кооперативе. Эта платформа требует «учреждать собственные граж­данские комитеты», создать свою печать и свою службу порядка, что, по существу, направлено на подрыв законных органов государственной власти. Под прикрытием лицемерных фраз о поддержке «прогрессивного крыла» внутри КПЧ требуют огульного ошельмования кадров партии, призывают прибегать к таким мерам нажима, как забастовки, демонстрации, бойкоты. Дается сигнал к усилению наступления против коммунистической партии Че­хословакии по всем линиям. Эта контрреволюционная платформа одновре­менно опубликована четырьмя центральными газетами, и подписи под плат­формой собраны в разных городах Чехословакии. И это особенно опасно, так как за этим отчетливо прослеживаются действия организованного центра. Ан­тисоциалистические силы, по сути дела, угрожают: если вы «мирно» не отда­дите власть, то мы используем все средства вплоть до применения оружия.

 

Совершенно очевидно, что это - платформа для сил контрреволюции; это - платформа сплочения всех сил, выступающих против компартии и социализма, она направлена на восстановление в Чехословакии буржуазного режима.

 

Факты говорят о том, что существует непосредственная связь между дей­ствиями антисоциалистических сил в Чехословакии и подрывной работой империалистических и эмигрантских кругов. Эти круги всячески подогрева­ют деятельность сил контрреволюции, ориентируют своих единомышленни­ков в Чехословакии на то, чтобы под флагом «демократизации», «неограни­ченной свободы» поощрять провокационные требования, компрометировать честные коммунистические кадры, усиливать замешательство. В свою оче­редь реакционные силы внутри самой страны, поощряемые контрреволюци­ей из-за рубежа, все больше наглеют, стремятся не допустить, чтобы КПЧ нормализовала обстановку в стране.

 

Особенность тактики антисоциалистических сил в Чехословакии в на­стоящее время состоит в том, что, выступая под лозунгом «демократизации», они пытаются подготовить «мирное» свержение социалистического строя. Именно с этой целью выдвигаются лозунги создания «народных комитетов», избрания профсоюзных органов «без коммунистов». Антисоциалистические элементы, учитывая уроки провалившейся контрреволюции в Венгрии, дела­ют все для того, чтобы замаскировать и спрятать (так в документе. - Г.М., Т.Д.), и парализовать способность рабочего класса Чехословакии раздавить контрреволюцию.

 

Об активизации антисоциалистических сил свидетельствует и тот факт, что в «социалистической» и «народной» партиях, которые действовали ле­гально и их руководство добросовестно сотрудничало с компартией в тече­ние двадцати с лишним лет, теперь сменено руководство и последовала по­литическая переориентация этих партий. Они теперь стремятся противопос­тавить себя компартии и занять ее место. Получили свободу действий реак­ционные церковные элементы. Этим пытается воспользоваться Ватикан, ко­торый принимает меры для усиления позиций католической церкви.

 

Таким образом, если, проанализировав ход событий, сопоставить ос­новные факты современной чехословацкой действительности и проследить важнейшие тенденции в политической жизни страны, то становится совер­шенно очевидным, что на карту поставлен коренной вопрос - быть или не быть Чехословакии социалистической. Нельзя не видеть, что распоясавшая­ся контрреволюция отбирает у КПЧ одну позицию за другой, создавая плац­дарм для решающего наступления, которое может погубить социалистичес­кий строй в Чехословакии.

 

Мы хотим прямо сказать товарищам из братских партий: это - не дра­матизация событий, а взвешенная оценка, для которой имеется достаточно оснований.

 

Для нас ясно, что силы социализма ЧССР объективно неизмеримо силь­нее тех, кто сегодня покушается на социалистические завоевания чехосло­вацкого народа. Правые силы, несмотря на поднятый ими шум, не имеют опоры в широких массах трудящихся. Но это не значит, что они не могут добиться успеха, если им не будет нанесено поражение. А для того, чтобы нанести им поражение и обезвредить, необходимы организованность всех сил, отстаивающих социализм, их решительная бескомпромиссная борьба против вылазки контрреволюции.

 

Состоявшийся в мае пленум ЦК КПЧ признал факт активизации враж­дебных сил и определил правую опасность как главную угрозу социализму в ЧССР. Рабочие коллективы, партийные организации, общегосударственный актив народной милиции, многие члены Центрального Комитета требуют обуздать правые антисоциалистические силы, принять конкретные и эффек­тивные меры по укреплению позиций социализма. Однако объявленное май­ским пленумом ЦК КПЧ наступление против правых и антисоциалистичес­ких сил не было обеспечено ни идеологически, ни политически, ни органи­зационно; оно не состоялось, и силы, враждебные социализму, пользуются этим и все более нагло развертывают свою подрывную деятельность.

 

Говорят, что партия должна действовать только идейно-политическими методами. Но если, как учит исторический опыт, обстановка накаляется, создается прямая опасность завоеваниям социализма, а реакция готовится вешать на фонарях коммунистов, можно ли ограничиться одними идейно-политическими методами? Не вправе ли партия использовать имеющиеся в ее распоряжении органы власти? Это не только долг партии перед трудящи­мися, но и ее обязанность.

 

ЦК КПСС внимательно следит за развитием событий в Чехословакии. С чувством большой тревоги мы должны констатировать, что в этой братской стране под прикрытием «демократизации» и «либерализации» антисоциали­стические силы ведут дело к контрреволюционному перевороту. Практичес­ки дело обстоит так, что Чехословакия оказалась на ответственном участке международной борьбы между силами социализма и силами империалисти­ческой реакции. Антикоммунистическая пропаганда империализма, исполь­зуя события в Чехословакии, уже сейчас развертывает широкую идеологи­ческую атаку на теорию и практику социализма, на марксизм-ленинизм. Вот почему победа чехословацких коммунистов, рабочего класса, всех трудящих­ся над силами контрреволюции будет означать крупную победу марксизма-ленинизма, социалистического содружества, всего коммунистического дви­жения.

 

ЦК КПСС со своей стороны делал и сделает все возможное, чтобы по­мочь коммунистам, всем трудящимся Чехословакии отбить наступление кон­трреволюционных сил и защитить социалистические завоевания. Мы счита­ем, что интернациональной долг всех братских партий оказать сейчас ком­партии Чехословакии всю необходимую ей помощь в этот трудный для нее час испытаний. Всем нам, коммунистам всего мира, дороги доставшиеся тя­желой ценой социалистические завоевания чехословацкого народа. Нельзя допустить, чтобы эти завоевания были отняты контрреволюционерами, нельзя допустить, чтобы из мировой системы социализма было вырвано ее важное звено - социалистическая Чехословакия. Мы видим свой долг в том, чтобы бдительно следить за обстановкой и быть готовыми к любому повороту со­бытий.

 

Мы рассчитываем, что наша информация даст возможность товарищам лучше представить положение дел в Чехословакии и предпринять со своей сто­роны необходимые шаги в поддержку завоеваний социализма в этой стране.

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 490, л. 229-236. Подлинник.

 

№ 2. Письмо Французской коммунистической партии ЦК КПСС

 

17 июля 1968 г.

 

Учитывая развитие событий в Чехословакии и возникновение в связи с этим ряда проблем, Французская коммунистическая партия предлагает со­звать Совещание коммунистических и рабочих партий стран Европы. В слу­чае согласия с этим предложением, совещание могло бы состояться в начале будущей недели.

 

От имени Политбюро Французской коммунистической партии

 

Вальдек Роше, Генеральный секретарь 14

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 491, л. 79. Подлинник. Перевод с французского.

 

К документу приложен текст письма на французском языке.

 

На документе помета: «ЦК ФКП дан ответ ЦК КПСС

 

(см.: П 91/Ш). В архив».

 

№ 3. Письмо Французской коммунистической партии послу СССР во Фран­ции В. Зорину

 

Перевод с французского 17 июля 1968 г.

 

Господин Посол и дорогой товарищ,

 

Имею честь передать вам текст, утвержденный Политбюро нашей партии на еще продолжающемся заседании.

 

Просим Вас передать эту телеграмму Политбюро Генеральному секрета­рю Коммунистической партии Советского Союза товарищу Леониду Бреж­неву.

 

Заранее благодарю Вас, господин Посол и дорогой товарищ, и заверяю в наших братских чувствах.

 

Ролан Леруа

 

Секретарь Центрального Комитета

 

Французской коммунистической партии

 

Приложение

 

Телеграмма Политбюро ЦК ФКП Генеральному секретарю ЦК КПСС Брежневу

 

17 июля 1968 г.

 

Политбюро Французской коммунистической партии заслушало отчет генерального секретаря партии т. Вальдека Роше о его беседах с тт. Брежне­вым, Сусловым и Пономаревым, имевших место 15 и 16 июля 1968 года.

 

Политбюро подтверждает свою позицию, направленную на укрепление солидарности коммунистических и рабочих партий в борьбе против импери­ализма, за сохранение социализма в Чехословакии.

 

Политбюро подтверждает, что оно выступает за решения, исключающие применение крайних мер.

 

Оно горячо желает, чтобы не было опубликовано письмо Коммунисти­ческой партии Советского Союза, Польской объединенной рабочей партии, Венгерской социалистической рабочей партии, Социалистической единой партии Германии и Болгарской коммунистической партии, адресованное Коммунистической партии Чехословакии 15.

 

Политбюро выдвигает предложение о немедленном созыве совещания всех коммунистических и рабочих партий Европы.

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 491, л. 84-85. Подлинник. Перевод с французского.

 

На документе помета: «ФКП дан ответ ЦК КПСС».

 

№ 4. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об ответе т. В. Роше» 16

 

П 91/111 Совершенно секретно 19 июля 1968 г.

 

Утвердить текст телеграммы совпослу в Париже (копия - в Прагу).

 

Текст телеграммы прилагается.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 5. Подлинник.

 

Приложение пункту III прот. № 91

 

Секретно

 

Париж. Прага

 

Совпосол

 

Встретьтесь с генеральным секретарем Французской компартии т. В. Роше (для Парижа: или с лицом его заменяющим) и передайте ему следующее.

 

Высказанные вами в беседе с совпослом соображения по поводу созыва конференции европейских коммунистических партий в связи с развитием событий в Чехословакии не убедили нас в том, что созыв такой конференции является необходимым, и не сняли опасений, что такая конференция наделе может привести не к улучшению, а к ухудшению обстановки.

 

Вы знаете, что братские партии пяти социалистических стран определи­ли свою позицию в письме к ЦК КПЧ. Как нам стало известно, все они выразили свое несогласие с вашим предложением о созыве конференции европейских компартий. Позиция настаивания на созыве конференции была бы в данных условиях равнозначна противопоставлению компартий социа­листических стран Европы компартиям ее несоциалистической части, что, как вы понимаете, может принести только вред нашему общему делу.

 

По нашему мнению, сейчас необходимо принять срочные меры для того, чтобы продемонстрировать единство взглядов всех коммунистических и ра­бочих партий в связи с активизацией антисоциалистических сил в Чехосло­вакии и опасностями, которые из этого вытекают. Наиболее целесообразной формой такой демонстрации была бы, по нашему мнению, поддержка брат­скими партиями письма пяти социалистических стран в адрес ЦК КПЧ. Как мы уже говорили вам в Москве, вес и авторитет вашей партии являются реальной силой, которая может способствовать исправлению положения дел в Чехословакии. Поэтому, с нашей точки зрения, было бы чрезвычайно важ­но, если бы ваша партия показала пример, поддержав обращение пяти соци­алистических стран.

 

К сожалению, та форма, в которой ваша партия выступила с предложе­нием о созыве совещания европейских компартий, уже дала основание враж­дебной пропаганде заявлять, что ФКП фактически отмежевывается от пози­ции социалистических стран.

 

Должны вас информировать, что сейчас в ЦК КПСС поступают запросы от многих братских партий, у которых сложилось впечатление, будто ваша инициатива согласована с нами. Это впечатление было усилено тем, как «Юманите» преподнесла решение вашего Политбюро и сообщение о вашей поездке в Москву.

 

В заключение хотели бы выразить надежду, что, учитывая все вышеиз­ложенное, Французская компартия не будет настаивать на созыве конферен­ции европейских компартий. Если же будут приниматься конкретные меры в направлении подготовки такого совещания, то мы со своей стороны окажем­ся вынуждены публично заявить о негативном отношении КПСС к созыву совещания.

 

Об исполнении телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 72, оп. 188, л. 14-15. Подлинник.

 

№ 5. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об ответе ЦК Французской компартии»

 

П 91/31 Совершенно секретно 19 и 22 июля 1968 г.

 

Утвердить текст ответа ЦК Французской коммунистической партии (при­лагается).

 

Направить копию данной телеграммы Центральным Комитетам БКП, ВСРП, СЕПГ и ПОРП.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 27. Подлинник.

 

Приложение № 1 к пункту 31 прот. № 91

 

Секретно Вне очереди

 

Париж

 

Совпосол

 

Найдите возможность срочно встретиться с т. Роше до его отъезда в Чехословакию и передайте ему следующее.

 

В Москве только что ознакомились с предложением Политбюро ЦК ФКП о созыве совещания коммунистических и рабочих партий европейских стран в связи с событиями в Чехословакии. Независимо от оценки вашего предложения по существу, оно крайне удивило нас, поскольку оно было высказано сразу же после встречи в Москве на высоком уровне, где речи о нем совершенно не было.

 

Совещания представителей братских партий всегда созываются после предварительного согласования с руководством соответствующих партий. В данном случае такого согласования не было проведено и сообщение о созыве Совещания было открыто опубликовано информационным агент­ством в Париже. Каковы цели Совещания, нам и братским партиям также неизвестно.

 

Все это делает крайне трудным определение в настоящее время нашего отношения к предложению ФКП.

 

Мы хотим еще раз откровенно сказать вам, что в условиях, когда заво­евания социализма в Чехословакии и позиции КПЧ в стране поставлены под угрозу, важно продемонстрировать единство взглядов коммунистичес­ких и рабочих партий по этому вопросу с тем, чтобы оказать соответствую­щее влияние на чехословацких коммунистов и поддержать их борьбу за сохранение социализма в Чехословакии. Однако сейчас нет уверенности в том, что предлагаемое французскими товарищами совещание окажется по­лезным с этой точки зрения, особенно учитывая позиции некоторых партий. Таким образом, существует опасность, что в настоящий момент предлагае­мое вами совещание может послужить не сплочению, а усилению расхождений между партиями.

 

Что касается поставленного в вашей телеграмме вопроса о том, чтобы не предавать гласности письмо пяти братских партий социалистических стран руководству КПЧ, то должны сказать вам, что решение о его публикации 18 июля было принято на совещании пяти партий в Варшаве. (К тому же ваша телеграмма пришла в Москву в момент, когда номер «Правды» вы­шел уже из печати в 23.00).

 

Письмо пяти братских партий, как и постановление Пленума ЦК КПСС (для совпосла: следует немедленно ознакомить с ним друзей), являются вы­ражением стремления оказать чехословацким товарищам искреннюю дру­жескую интернациональную помощь и рассчитаны на то, чтобы способство­вать укреплению дружбы между народами Чехословакии и Советского Со­юза, всего социалистического содружества.

 

Об исполнении телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 92-93. Подлинник.

 

Приложение № 2 к пункту 31 прот. № 91

 

Срочно

 

София. Будапешт. Берлин. Варшава

 

Совпосол

 

Срочно посетите тт. Живкова (соответственно тт. Кадара, Ульбрихта, Гомулку) и передайте копию телеграммы ЦК КПСС - ответ ЦК ФКП (пе­редается отдельной телеграммой).

 

Об исполнении доложите.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 94. Подлинник.

 

№ 6. Постановление Политбюро ЦК КПСС «О телеграммах ЦК братских партий в связи с предложением ЦК Французской компартии»

 

П 91/33 19 и 22 июля 1968 г.

 

Утвердить тексты телеграмм Центральным Комитетам братских партий (приложения 1, 2 и 3).

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 27. Подлинник.

 

Приложение № 1 к пункту 33 прот. № 91 Секретно. Вне очереди

 

Берлин (для т. Реймана), Брюссель, Будапешт (для ЦК КП Греции), Копенгаген, Люксембург, Никосия, Париж (для тт. С. Каррильо и А. Кунья­ла), Хельсинки

 

Совпосол

 

Найдите возможность срочно встретиться с т. М. Рейманом (М. Дрюмо, К. Есперсеном, Д. Урбани, К. Коллияннисом, Э. Папаиоанну, С. Каррильо, А. Куньялом, А. Саариненом) и передайте ему следующее.

 

ЦК КПСС получил предложение Политбюро ЦК Французской компар­тии о созыве совещания компартий европейских стран в связи с событиями в Чехословакии.

 

Мы немедленно ответили французским товарищам, что, вне зависи­мости от оценки их предложения по существу, оно крайне удивило нас, поскольку было высказано сразу же после встречи т. В. Роше с т. Брежне­вым Л.И. в Москве 16 июля с.г., в ходе которой вопрос о возможности по­добного рода совещания не возникал.

 

Мы напомнили французским товарищам, что, по установившемуся по­рядку, совещания представителей братских партий обычно созываются после предварительного согласования позиций с руководством соответствующих партий. В данном случае, однако, никакого предварительного согласования не было проведено. Сообщение о созыве совещания было открыто передано по каналам информационных агентств в Париже. Нам ничего не известно также о целях совещания.

 

Что касается существа дела, то мы сказали французским товарищам, что в условиях, когда завоевания социализма в Чехословакии и позиции КПЧ в стране поставлены под угрозу, крайне важно продемонстрировать единство взглядов и позиций коммунистических партий с тем, чтобы под­держать борьбу чехословацких коммунистов за сохранение социализма в Чехословакии и оказать соответствующее воздействие на развитие событий в этой стране.

 

Мы сказали, далее, что сейчас у нас нет уверенности в том, что предла­гаемое французскими товарищами совещание окажется с этой точки зрения полезным, особенно учитывая, что в рядах европейских партий нет единства мнений по данному вопросу. Более того, в этих условиях мы видим опас­ность того, что предлагаемое ими совещание может послужить не сплоче­нию, а дальнейшему усилению расхождений между партиями.

 

Руководство КПСС и, как нам известно, руководство ряда братских партий других социалистических стран не имеют намерений в нем участвовать.

 

Откровенно говоря, ЦК КПСС считает предложение французских това­рищей необоснованным и несвоевременным.

 

Мы надеемся, что вы с пониманием отнесетесь к изложенным сообра­жениям.

 

( Только для Хельсинки. Передайте т. Сааринену, что т. Песси ознакомлен с этой информацией и выразил свое полное согласие с выраженной в ней точкой зрения.)

 

Об исполнении телеграфируйте.

 

Приложение № 3 17 к пункту 33 прот. № 91

 

Секретно. Вне очереди

 

Рим

 

Совпосол

 

Найдите возможность срочно встретиться с т. Лонго и передайте ему следующее.

 

В ЦК КПСС получено предложение Политбюро ЦК Французской ком­партии о созыве совещания компартий европейских стран в связи с событи­ями в Чехословакии. Мы хотели бы совершенно откровенно и доверительно изложить вам наше мнение по этому вопросу.

 

ЦК КПСС направил французским товарищам ответ, в котором мы вы­разили удивление по поводу французской инициативы. Как вам известно, т. В. Роше только что был в Москве, он встречался 16 июля с т. Брежне­вым Л.И., и в ходе состоявшейся беседы не возникала идея о подобного рода совещании.

 

Мы сказали французским товарищам, что совещания представителей братских партий обычно созываются после предварительного согласования с руководством соответствующих партий. В данном случае такое согласование не было проведено. Сообщение о созыве совещания было сначала опублико­вано информационными агентствами в Париже. Нам также не известны цели предлагаемого совещания.

 

Как мы уже говорили в Москве вашим представителям, в настоящих ус­ловиях, когда завоевания социализма в Чехословакии и позиции КПЧ в стра­не поставлены под угрозу, было бы крайне важно продемонстрировать един­ство взглядов и позиций коммунистических партий. Это, бесспорно, помогло бы чехословацким коммунистам в их борьбе за сохранение социализма и ока­зало бы соответствующее воздействие на развитие событий в этой стране.

 

Однако нет уверенности в том, что с этой точки зрения инициатива французских товарищей окажется полезной. Вам известно, что в коммунис­тических партиях европейских стран есть различные взгляды по вопросу о событиях в Чехословакии, которые во многом порождены недостатком ин­формации о реальном положении вещей. В этих условиях предлагаемое фран­цузскими товарищами совещание приведет на деле не к сплочению, а к даль­нейшему усилению расхождений между партиями.

 

Руководство КПСС и, как нам известно, руководство ряда братских партий других социалистических стран не имеют намерений в нем участвовать.

 

Должны сказать откровенно, что ваша поддержка предложения фран­цузских товарищей явилась для нас неожиданной, тем более [что] такой от­вет не согласовывается с духом и содержанием тех бесед, которые состоялись совсем недавно с т. Кириленко в Риме и т. Пайетта в Москве.

 

Мы считали необходимым изложить вам наше мнение по этому вопро­су, имея в виду товарищеский, доверительный характер отношений, которые сложились между руководством вашей и нашей партий.

 

Об исполнении телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 188, л. 96-101. Подлинник.

 

№ 7. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об информации братских партий в связи с развитием событий в Чехословакии»

 

П 98/8

 

Совершенно секретно 2 сентября 1968 г.

 

1.                   Утвердить проект устной информации коммунистическим и рабочим партиям капиталистических стран в связи с развитием событий в Чехослова­кии (приложение № 1).

 

Направить указанную информацию согласно прилагаемому списку (при­ложение № 2 18).

 

2.                  Направить копию данной информации Центральным Комитетам БКП, ВСРП, СЕПГ и ПОРП.

 

3.                   Поручить МИД СССР ознакомить с настоящей информацией совпослов во всех странах, а также советских представителей в международных орга­низациях.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 201, л. 21. Подлинник.

 

Приложение № 1 к пункту 8 прот. № 98

 

Секретно. Вне очереди

 

Совпосол

 

(Резидент КГБ)

 

Встретьтесь с представителями руководства друзей и сообщите следующее.

 

«Завершение переговоров советской и чехословацкой делегаций в Мос­кве и подписание ими совместного Коммюнике означают важный шаг в борьбе против антисоциалистических сил в Чехословакии, за нормализацию жизни этой страны, за укрепление позиций социализма в Европе.

 

В переданной вам 21 августа информации Центральные Комитеты пяти коммунистических и рабочих партий социалистических стран изложили при­чины, которые обусловили необходимость ввода в Чехословакию союзных войск. Весь ход событий за последующие дни полностью подтвердил необхо­димость и неотложность этой меры.

 

Наличие контрреволюционной ситуации в Чехословакии подтверждено огромным количеством новых фактов, свидетельствующих о существовании в ЧССР тщательно законспирированного реакционного подполья, имеющего определенную базу, тесно связанного с зарубежными империалистическими кругами и форсировавшего достижение своих антисоциалистических целей.

 

Установлено, что контрреволюционные силы располагали большим ко­личеством оружия. Лишь в первые дни из тайников и подвалов было изъято несколько тысяч автоматов, сотни пулеметов, десятки гранатометов. Были обнаружены также минометы и другое тяжелое оружие. В пражском Доме журналистов, руководство которым осуществлялось в последнее время край­не правыми деятелями, было, например, обнаружено 13 пулеметов, 81 авто­мат и 150 ящиков с боеприпасами.

 

Антисоциалистическое подполье располагает тщательно продуманной организацией явок, тайных центров, конспиративных квартир. Начала рабо­ту заранее созданная практически на всей территории страны сеть нелегаль­ных радиостанций. Определенная часть радиоимущества была завезена в пос­ледние месяцы из ФРГ и Австрии. Антисоциалистические силы при попус­тительстве некоторых близких к ним работников государственного аппарата овладели также законспирированными средствами связи, подготовленными на случай чрезвычайного военного положения.

 

Враги социализма в ЧССР действуют в контакте с зарубежными импе­риалистическими центрами. В соответствии с ранее разработанными пла­нами, передачи ряда нелегальных радиостанций реакционных сил в Чехос­ловакии ретранслировались мощными радиоцентрами ФРГ. Заговорщики договорились с австрийскими и западногерманскими властями о том, что в случае если передачи подпольных станций станет невозможно осуществ­лять с территории Чехословакии, то их центры будут перемещены на терри­торию этих двух соседних капиталистических государств. По имеющимся данным, на территории ФРГ уже действует пять станций подобного рода.

 

В районе Мюнхена в ФРГ создан штаб, возглавляемый видными специ­алистами бундесвера по «восточному вопросу», который организует направ­ление инструкций и пропагандистских материалов на территорию ЧССР.

 

Резко активизировались контакты между такими антикоммунистичес­кими организациями, как «клуб-231» и «клуб активных беспартийных», и американскими разведывательными органами. Следует отметить, что за пос­леднее время филиалы этих клубов на базе реакционных эмигрантских орга­низаций возникли в США и Канаде.

 

Контрреволюционные элементы вели линию на обострение обстановки, на создание атмосферы анархии, саботажа, насильственных действий против союзных войск. После московских переговоров они стали выступать против законных властей страны, против президента, против ЦК КПЧ и правитель­ства, явно ведя дело на дальнейшее обострение обстановки.

 

Антисоциалистические силы открыто провозгласили теперь те цели, которые ранее они тщательно скрывали. Они призывают к разрыву Чехосло­вакии с братскими социалистическими странами. 21-22 августа в городах ЧССР были распространены сотни тысяч заранее подготовленных листовок с лозунгом «нейтралитета» Чехословакии, то есть ее выхода из Варшавского пакта.

 

Опасность всей этой деятельности для дела социализма усугублялась тем, что за истекшие восемь месяцев лавина антикоммунистической пропаганды, не встречавшая никакого отпора, дезориентировала часть народа, ослабила волю рабочего класса к оказанию отпора реакции, подорвала боеспособность многих парторганизаций.

 

Совершенно очевидно, что враги социализма готовились к осуществле­нию своих замыслов давно и тщательно. Договоренность, достигнутая в Чиерне, а затем Братиславе, которая открывала реальную перспективу борьбы против происков антисоциалистических сил, за укрепление позиций социа­лизма в Чехословакии, крайне встревожила врагов социализма. Они резко активизировали свою подрывную деятельность. События стали развиваться такими темпами, что, если бы союзные страны допустили промедление, контр­революционные элементы получили бы реальный шанс добиться осуществле­ния своих целей. Нетрудно понять, какой ущерб могло бы нанести это социа­листическим странам, и прежде всего самой Чехословакии, которая была бы ввергнута в пропасть братоубийственной войны. Под угрозу был бы поставлен мир в Европе, безопасность стран социалистического содружества.

 

Введение союзных войск преследовало единственную цель - своим при­сутствием защитить дело социализма в Чехословакии. Войска Болгарии, Вен­грии, ГДР, Польши и Советского Союза вступили на территорию Чехослова­кии без единого выстрела, при содействии частей Чехословацкой народной армии. Союзным войскам было дано твердое указание не вмешиваться во внутренние политические и административные функции законных властей. Этот приказ выполняется неукоснительно.

 

Развитие событий, бурно возросшая активность контрреволюционных сил подтвердили обоснованность тревоги, которую испытывали многие ком­мунисты и руководящие деятели КПЧ. В сложившихся условиях политичес­кие руководители Чехословакии, которые до последнего времени проявляли колебания и недооценивали угрозу завоеваниям социализма, признали необ­ходимость принятия эффективных мер по отпору контрреволюции.

 

Итоги переговоров между советской и чехословацкой делегациями на­шли отражение в опубликованном 27 августа двустороннем коммюнике. Уча­стники переговоров заявили о том, что в нынешней обстановке главное со­стоит в осуществлении принятых в Чиерне-над-Тиссой совместных решений и сформулированных Совещанием в Братиславе положений и принципов, а также в последовательном претворении в жизнь достигнутой на закончив­шихся переговорах договоренности.

 

Успешное выполнение намеченной январским и майским пленумами ЦК Компартии Чехословакии программы, которая пользуется полной под­держкой КПСС и других компартий социалистических стран, предполагает решительные меры против антисоциалистической деятельности, которая смыкается с идеологическими и политическими диверсиями империализма.

 

Как было подчеркнуто в ходе переговоров, социалистические государ­ства и коммунистические партии призваны проявить высокую бдительность в отношении новой, коварной тактики империализма, чреватой очень серь­езными последствиями для дела социализма и революционной борьбы во всем мире.

 

Именно исходя из этого чехословацкая делегация заявила, что вся рабо­та партийных и государственных органов республики «во всех линиях воз­действия будет направлена на обеспечение действенных мероприятий, слу­жащих социалистической власти, руководящей роли рабочего класса и ком­мунистической партии, интересам развития и укрепления дружественных отношений с народами Советского Союза и всего социалистического содру­жества».

 

Как видно из Коммюнике, Президиум ЦК КПЧ, правительство ЧССР пришли с руководителями КПСС к общему выводу о необходимости пребыва­ния на территории Чехословакии в течение определенного времени союзных войск. Была достигнута договоренность об условиях вывода этих войск с ее территории по мере нормализации обстановки в ЧССР. Верховный главноко­мандующий чехословацкими вооруженными силами дал указание частям Че­хословацкой народной армии находиться в контакте с командованием союз­ных войск. Правительство ЧССР потребовало снятия так называемого вопроса о положении в Чехословакии с повестки дня Совета безопасности ООН.

 

Все это показывает, что утверждения об «интервенции» и «оккупации» Чехословакии лишены каких-либо оснований. Не скроем, у нас появилась особая горечь, когда подобные обвинения мы встречали в документах некоторых брат­ских партии. Это свидетельствовало о том, что такие документы не исходили из классовой оценки происходящих событий. (Это - только тем партиям, кото­рые выступили с критикой действий пяти стран.)

 

Советская сторона в ходе переговоров выразила единодушное стремле­ние народов СССР к дружбе и братству с народами социалистической Чехос­ловакии, выразила готовность к самому широкому сотрудничеству с ЧССР на основах взаимного уважения, равноправия, территориальной целостнос­ти, независимости и социалистической солидарности. Дальнейшее развитие советско-чехословацкого сотрудничества найдет свое выражение, как это было условлено, в переговорах по экономическим и иным вопросам, которые со­стоятся в ближайшее время.

 

Обе делегации, в противовес подрывной пропагандистской кампании реакции, направленной на то, чтобы оторвать Чехословакию от социалисти­ческой системы, единодушно подтвердили свою решимость и впредь высту­пать в едином строю в борьбе против империализма, за социализм, демокра­тию и мир.

 

Итоги двусторонних советско-чехословацких переговоров были рассмот­рены на встрече партийно-правительственных делегаций пяти социалисти­ческих стран - Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши и Советского Союза - и единодушно одобрены ими.

 

Итоги Московских переговоров со всей определенностью показали, что проблемы, возникшие в связи с событиями в Чехословакии, могут быть ус­пешно решены только в рамках взаимоотношений между братскими социа­листическими государствами. Вместе с тем ход событий за истекшие дни еще раз показывает необходимость активного сотрудничества антиимпериалис­тических сил, всех братских партий в общей борьбе против классового про­тивника.

 

Договоренность, достигнутая в Москве, с пониманием встречена ши­рокими кругами чехословацкой общественности. В своем обращении к че­хословацкому народу Л. Свобода, Й. Смрковский, О. Черник и А. Дубчек призвали к бдительности против безответственности и безрассудства, про­тив провокаций сил, чуждых социализму. Этот призыв получает поддержку масс. Вместе с тем обстановка в стране остается все еще сложной. Контрре­волюционные силы не сложили оружия, и они могут предпринять новые атаки. Остается напряженной и обстановка вокруг Чехословакии. Импери­алистические правительственные и пропагандистские органы развернули бешеную кампанию против социалистических стран. Это рассчитано на моральную и политическую поддержку контрреволюционных сил в Чехос­ловакии.

 

Заговор антисоциалистических сил, сомкнувшихся с империалистичес­кими кругами Запада, создал реальную угрозу утраты социалистических заво­еваний чехословацких народов. Вопрос встал так: быть социализму в Чехосло­вакии или нет. И в этих условиях мы нарушили бы свой интернациональный долг, если бы не пришли на помощь народам братской Чехословакии.

 

Проблемы защиты социализма в той или другой стране - это решаю­щая проблема классовой борьбы против империализма на международной арене. Если не на словах, а на деле исходить из того, что социалистическая система является ведущим фактором международной классовой борьбы, то необходимо делать все для укрепления ее позиций, для защиты завоеваний социализма и отпора его врагам.

 

Как уже говорилось в предыдущей информации, братские партии со­циалистических государств понимали, что ситуация, сложившаяся в Че­хословакии, чревата определенными издержками для коммунистического движения, что для некоторых партий могут возникнуть большие трудно­сти. Главный источник этих трудностей заключается в том, что были ос­лаблены позиции социализма в Чехословакии. Ослаблены настолько, что для защиты этих позиций союзные государства были вынуждены ввести в ЧССР свои вооруженные силы. Социалистические страны исходили из того, что если дать реакции вырвать Чехословакию из социалистического содружества, то ущерб для коммунистического движения был бы неизме­римо большим.

 

Как показывают первые отклики на Московское коммюнике, многие братские партии выражают свое одобрение достигнутой советской и чехос­ловацкой делегациями договоренности, заявляют, что ныне открылись ши­рокие возможности для оказания отпора контрреволюции в ЧССР. Мы со­гласны с такой оценкой и считаем, что Московское коммюнике окажет большую помощь всем братским партиям, поможет им скорректировать те оценки, которые могли быть ранее приняты поспешно, без глубокого зна­ния всех обстоятельств.

 

Мы считаем, что разногласия, возникшие в связи с событиями в Чехос­ловакии, не должны помешать усилиям братских партий в совместной борь­бе против империализма. Проявления высокого чувства интернационализма и ответственности за общее дело особенно важны сегодня, когда, вопреки возникшим разногласиям, необходимо укреплять сотрудничество в общих интересах всего мирового коммунистического движения, не допустить того, чтобы империализм, антикоммунисты использовали эти разногласия в своих интересах. Этого требуют высшие интересы коммунистического движения, их верность делу пролетарского интернационализма.

 

Только для руководства компартий Германии, Португалии, Западного Бер­лина, Люксембурга, Греции, Кипра, Ирана, Ирака, Иордании, Сирии, Ливана, Израиля, Бразилии, Уругвая, Аргентины, Колумбии, Гваделупы, Коста-Рики, Панамы, Эквадора, Чили, Сальвадора, Лесото, Судана, Филиппин, ЮАР. ЦК КПСС высоко оценивает позицию вашей партии, которая в нынеш­ний сложный момент проявила чувство интернациональной ответствен­ности за дело социализма, правильно поняла мотивы действий пяти брат­ских стран, чем оказала большую помощь чехословацкому народу и его компартии.

 

Только для компартий западноевропейских стран. Как известно, имеется предложение Компартии Румынии о проведении совещания компартий всех европейских стран. Итальянская и австрийская партии предложили созвать совещание западноевропейских компартий по чехословацкому вопросу. Ска­жите, что ЦК КПСС не считает эти предложения приемлемыми, что верный путь решения проблем, связанных с борьбой против антисоциалистических сил в Чехословакии, указан в Братиславской декларации и в Московском коммюнике о советско-чехословацких переговорах.

 

ЦК КПСС считает, что в настоящих условиях выражением подлин­ного интернационализма было бы оказание широкой поддержки закон­ным руководящим органам чехословацкой партии и государства в их борьбе за укрепление позиций социализма, за нормализацию обстановки в стране.

 

Только для Парижа и Рима. Скажите также, что освещение событий в Чехословакии в вашей партийной печати ни в коей мере не может способ­ствовать правильной ориентировке членов компартии и демократической общественности их стран относительно классовой сущности происходящих событий. Перепечатка в партийной прессе во имя ложно понятой объектив­ности и без какой-либо проверки всех или почти всех сообщений буржуаз­ных агентств, а также распускаемых ими слухов лишь дезориентирует членов партии».

 

Об исполнении телеграфируйте 19.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 201, л. 31-38. Подлинник.

 

№ 8. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об ответе ЦК РКП по воп­росу о проведении встречи европейских компартий»

 

П 98/40 Совершенно секретно 2 сентября 1968 г.

 

1.                  Утвердить указание совпослу в Румынии (приложение № 1).

 

2.                   Утвердить указание совпослам в странах Европы (приложение № 2).

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 201, л. 28.

 

Подлинник.

Приложение № 1 к пункту 40 прот. № 98

 

Секретно. Особая.

 

Вне очереди

 

Бухарест. Совпосол

 

Посетите т. М. Даля и, сославшись на поручение, передайте следующее.

 

ЦК КПСС не считает приемлемым предложение ЦК РКП о созыве Со­вещания представителей компартий европейских стран по вопросу о поло­жении в Чехословакии. Мы полагаем, что верный путь решения проблем, связанных с борьбой против антисоциалистических сил в Чехословакии, указан в Братиславской декларации и в Московском коммюнике о советско-чехословацких переговорах.

 

ЦК КПСС исходит из того, что в настоящих условиях подлинный ин­тернационализм должен найти свое выражение в оказании широкой поддер­жки законным руководящим органам чехословацкой партии и государства в организации отпора антисоциалистическим, контрреволюционным силам, в борьбе за укрепление позиций социализма, за нормализацию обстановки в стране.

 

Что же касается предложения о двусторонней встрече представителей КПСС и РКП, то, как это очевидно, ее проведение требует иной атмосферы, нежели та, которая создана в настоящее время недружественными акциями руководства РКП в отношении Советского Союза и других социалистичес­ких стран.

 

Исполнение телеграфируйте.

Приложение № 2 к пункту 40 прот. № 98

 

Секретно. Особая.

 

Вне очереди.

 

Берлин (для ЦК СЕПГ, ЦК КПГ, СЕПГ - Западный Берлин), Лондон (для ЦК КП Великобритании, Ирландской рабочей партии и КП Северной Ирландии, Будапешт (для ЦК ВСРП, ЦК КП Греции), Варшава, София, Никосия, Берн, Брюссель, Вена, Копенгаген, Люксембург, Париж (для ЦК ФКП, КП Испании, Португальской КП), Рейкьявик, Рим (для ЦК ИКП и Санмаринской КП), Хельсинки.

 

Совпосол

 

В случае обращения друзей относительно мнения ЦК КПСС о предло­жении руководства ЦК Румынской компартии о проведении встречи евро­пейских компартий в Праге скажите, что румынскому руководству было со­общено следующее.

 

«ЦК КПСС не считает приемлемым предложение ЦК РКП о созыве Совещания представителей компартий европейских стран по вопросу о по­ложении в Чехословакии. Мы полагаем, что верный путь решения проблем, связанных с борьбой против антисоциалистических сил в Чехословакии, указан в Братиславской декларации и в Московском коммюнике о советско-чехос­ловацких переговорах.

 

ЦК КПСС исходит из того, что в настоящих условиях подлинный ин­тернационализм должен найти свое выражение в оказании широкой поддер­жки законным руководящим органам чехословацкой партии и государства в организации отпора антисоциалистическим, контрреволюционным силам, в борьбе за укрепление позиций социализма, за нормализацию обстановки в стране».

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 202, л. 69-70. Подлинник.

 

№ 9. Постановление Политбюро ЦК КПСС «О мероприятиях по дальней­шей работе с братскими партиями в связи с событиями в Чехословакии»

 

П 100/9 Совершенно секретно. 12 сентября 1968 г.

 

1.                    Утвердить текст ответного письма ЦК КПСС Центральному Комите­ту Французской компартии (приложение 1).

 

2.                    Утвердить:

 

тексты телеграмм совпослам в ГДР, Венгрии, Польше, Болгарии (при­ложение 2 20);

 

текст телеграммы совпослу в Австрии (приложение 3);

 

тексты телеграмм совпослам в Чили, Аргентине и Уругвае (приложение 4);

 

текст указаний совпослу во Франции для бесед с т. Ле Дык Тхо (прило­жение 5).

 

3.                   Поручить Международному отделу и [особому] Отделу ЦК КПСС под­готовить информацию братским партиям капиталистических стран о процес­сах, происходящих в Чехословакии после пленума ЦК КПЧ от 31 августа с.г.

 

4.                    Поручить Международному отделу и Отделу ЦК КПСС изучить мне­ния братских партий по вопросу о проведении международного Совещания компартий и внести в ЦК КПСС предложения о нашей дальнейшей линии в этом вопросе.

 

5.                     Направить т. Зимянина М.В. во Францию и Италию для участия в проводимых газетами «Юманите» и «Унита» ежегодных праздниках.

 

6.                    Поручить агентству печати «Новости» и ТАСС разработать и в трех­дневный срок внести в ЦК КПСС предложение о конкретных мероприяти­ях по улучшению информации газет братских партий и международной об­щественности по чехословацкому вопросу, имея в виду особенно те страны, где компартии занимают либо негативную, либо колеблющуюся позиции в этом вопросе.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 204, л. 38-39. Подлинник.

 

Приложение № 1 к пункту 9 прот. № 100

 

Секретно. Вне очереди

 

Париж. Совпосол

 

Встретьтесь с т. Роше и передайте ему следующее письмо ЦК КПСС.

 

«Дорогие товарищи! ЦК КПСС получил сообщение ЦК Французской коммунистической партии от 2 сентября 1968 года.

 

Мы согласны с вами в том, что существующие сейчас между нашими партиями расхождения в связи с чехословацкими событиями не должны ме­шать нашей совместной борьбе против империализма, за социализм. Мы так же, как и вы, считаем, что нельзя позволить реакции и империализму ис­пользовать наши разногласия в целях нанесения ударов по международному коммунистическому движению. Именно эти соображения лежат в основе всей деятельности нашей партии, в том числе и ее шагов, предпринятых за после­днее время.

 

ЦК КПСС должным образом оценивает заявление ЦК ФКП о том, что он считает положительным соглашение, достигнутое в результате советско-чехословацких переговоров в Москве. В ходе этих переговоров мы всецело исходили из интересов дела социализма, из интересов прежде всего Чехосло­вацкой Социалистической Республики, ее народа и ее партии. Московское соглашение нацелено на то, чтобы дать отпор антисоциалистическим, кон­трреволюционным силам в ЧССР, обеспечить нормальные условия для осу­ществления намеченной январским и майским пленумами ЦК КПЧ про­граммы совершенствования, развития и укрепления социализма.

 

По нашему мнению, Братиславская декларация и Московское коммю­нике о советско-чехословацких переговорах указывают правильный путь для решения проблем, связанных с борьбой за укрепление социализма в Чехос­ловакии. Весь ход событий в ЧССР подтверждает эту нашу точку зрения, Состоявшийся 31 августа пленум ЦК Компартии Чехословакии, как вам из­вестно, одобрил результаты Московских переговоров. Этот пленум ЦК КПЧ является, по нашему мнению, важным, в целом положительным событием. Он может послужить для чехословацких товарищей исходным пунктом прак­тической реализации ряда конструктивных мер как по партийной, так и по государственной линии, направленных на оказание отпора антисоциалисти­ческим силам, на нормализацию обстановки в стране, которая, хотим сказать вам откровенно, остается крайне сложной и противоречивой.

 

Дальнейшее развитие событий в Чехословакии в направлении, указан­ном в Московском коммюнике, имело бы исключительно важное значение для укрепления позиций социализма в Европе и во всем мире. Именно по­этому мы считаем, что главное сейчас заключается в проведении совместной борьбы за нормализацию положения в Чехословакии на основе советско-чехословацкой договоренности в Москве и приветствуем Заявление Полит­бюро ЦК ФКП от 2 сентября о том, что Французская коммунистическая партия со своей стороны сделает все для быстрого и эффективного осуще­ствления Московского соглашения, избегая любых действий, способных по­мешать этому осуществлению, задержать его или поставить под угрозу.

 

Мы принимаем к сведению заявление ЦК ФКП о том, что в данный момент он не намерен поддерживать какие-либо инициативы о проведении многосторонних встреч компартий по чехословацкому вопросу. Мы соглас­ны с тем, что такие встречи не были бы полезными в данной обстановке. Более того, они могли бы нанести даже ущерб интересам дальнейшей норма­лизации положения в Чехословакии и вокруг нее.

 

ЦК КПСС с сожалением констатирует, что между нашими партиями еще сохраняются расхождения по вопросу об оценке положения, которое существовало в Чехословакии накануне 21 августа, и относительно акции пяти братских стран по оказанию помощи чехословацкому народу.

 

События последнего времени, вскрывшиеся многочисленные факты о широкой деятельности антисоциалистических, контрреволюционных сил в Чехословакии (начиная с заблаговременной подготовки системы радиостан­ций, подпольных типографий, складов оружия, конспиративных квартир и кончая заранее налаженными связями антисоциалистических сил Чехосло­вакии с зарубежными империалистическими кругами) доказывают всю обо­снованность действий пяти социалистических стран, решивших принять сроч­ные меры по оказанию помощи чехословацкому народу. Совокупность всех данных, которыми располагали партии пяти социалистических стран и о ряде из которых, по понятным соображениям, мы не имели возможности поста­вить в известность наших друзей, неопровержимо свидетельствовала о на­ступлении того критического момента, после которого события в Чехослова­кии развивались бы уже по непоправимому пути.

 

Мы убеждены, что дальнейшая нормализация обстановки в Чехослова­кии, действия руководства КПЧ и ЧССР в направлении реализации москов­ской договоренности будут все больше вносить ясность в обстоятельства, связанные с последними событиями. Это создаст хорошую основу для выра­ботки братскими партиями единых оценок и единой платформы действий и по этому вопросу.

 

С коммунистическим приветом, ЦК КПСС».

 

Об исполнении телеграфируйте.

Приложение № 3 к пункту 9 прот. № 100

 

Секретно. Вне очереди

 

Вена. Совпосол

 

850. Посетите товарища Ф. Мури и сообщите ему следующее:

 

«Центральный Комитет КПСС ознакомился с письмом ЦК Компартии Австрии от 23 августа с.г. и с резолюцией последнего пленума ЦК КПА (22- 23 августа с.г.).

 

Мы не можем согласиться с содержащимися в этих документах оценка­ми мер, предпринятых Советским Союзом и другими социалистическими странами по оказанию помощи братскому чехословацкому народу в защите его социалистических завоеваний.

 

Как известно, ЦК КПСС неоднократно информировал австрийских то­варищей об обстановке в Чехословакии, о нашей политической линии и прак­тических шагах, направленных на укрепление позиций социализма в этой стране.

 

Мы готовы сообщить ЦК КПА дальнейшую информацию по этому воп­росу. В этой связи ЦК КПСС положительно относится к предложению ЦК КПА об организации встречи представителей обеих партий. Мы готовы при­нять председателя КПА т. Мури или же делегацию ЦК КПА для обсуждения вопросов, интересующих обе партии».

 

Об исполнении сообщите.

 

Приложение № 521 к пункту 9 прот. № 100

 

Секретно. Вне очереди

 

Париж. Совпосол

 

2532. Сославшись на вашу беседу с т. Ле Дык Тхо, скажите ему, что в Москве с большим удовлетворением ознакомились с его четкой интернаци­оналистской позицией, которую он, как и руководство ПТВ в целом, зани­мает в отношении мер социалистических стран по защите социализма в Че­хословакии.

 

Мы приветствуем намерение т. Ле Дык Тхо встретиться с французски­ми, а если будет возможность, и с итальянскими друзьями для изложения им позиции вьетнамских товарищей. Учитывая, что голос борющегося Вьетнама авторитетен для каждого коммуниста, эта встреча может иметь важное значе­ние для разъяснения существа и необходимости мер, принятых социалисти­ческими странами.

 

Отметьте, что такие беседы с французскими и итальянскими друзьями будут способствовать также усилению во Франции и Италии движения соли­дарности с борющимся вьетнамским народом.

 

В беседе с т. Ле Дык Тхо поинтересуйтесь, не считает ли он целесооб­разным через печать более широко ознакомить французских и итальянских коммунистов, всю общественность этих стран с точкой зрения вьетнамских товарищей.

 

Одновременно сообщите т. Ле Дык Тхо, что председатель шведской партии Херманссон дал в печати такую информацию о своей встрече с т. Ле Дык Тхо, которая искажает, на наш взгляд, позицию последнего. Было бы желательно дать в печати опровержение этого заявления Херманссона.

 

Исполнение телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 204, л. 62-65. Подлинник.

 

№ 10. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об указаниях для беседы с Л. Лонго»

 

П 102/3 Совершенно секретно 26 сентября 1968 г.

 

1.                  Утвердить текст телеграммы совпослу в Италии (прилагается).

 

2.                   Во изменение постановления ЦК КПСС от 11 сентября с.г. № П 100/ 29) воздержаться от направления руководителям компартий Западной Евро­пы письма относительно предполагавшегося созыва конференции компар­тий этих стран.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 207, л. 10. Подлинник.

 

Приложение к пункту 3 прот. № 102

 

Секретно

 

Рим. Совпосол

 

Для т. Зимянина М.В.

 

Вам поручается срочно встретиться с т. Лонго и передать ему, что ЦК КПСС хотел бы высказать следующие соображения в связи с его беседой с вами на празднике газеты «Унита».

 

1.                  Мы принимаем к сведению заявление т. Лонго о том, что руководство Итальянской компартии отклонило предложения компартий Австрии, Вели­кобритании и Австралии о созыве конференции компартий Западной Евро­пы по чехословацкому вопросу.

 

По нашему твердому убеждению, сейчас необходимо вести дело к тому, чтобы постепенно преодолевать разногласия, возникшие в коммунисти­ческом движении Европы. Ход событий в Чехословакии, постепенная нор­мализация обстановки в этой стране, действия руководства КПЧ и прави­тельства ЧССР будут создавать все лучшие условия для выработки братс­кими партиями единых оценок и единой платформы действий по этому вопросу.

 

2.                   Что касается затронутого т. Лонго вопроса о созыве международного Совещания компартий, то мы не разделяем его мнения о том, что проведение этого Совещания будто бы «неполезно и невозможно» в настоящее время.

 

Как известно, время созыва Совещания было намечено Консультатив­ной встречей, которая только и правомочна принимать такое решение. Что касается нашей партии, то мы выступаем за проведение Совещания, учиты­вая большую важность этого международного форума коммунистов, наце­ленного на сплочение коммунистического движения, всех революционных сил в борьбе против империализма. Мы считаем, что согласование дей­ствий различных национальных отрядов коммунистического движения в антиимпериалистической борьбе остается первостепенной и актуальной задачей. Нынешняя обстановка делает эту задачу еще более важной и нео­тложной.

 

Как известно т. Лонго, венгерские товарищи в данный момент разосла­ли приглашения братским партиям участвовать в работе подготовительных органов Совещания. ЦК КПСС считает, что эти мероприятия должны идти согласно коллективно разработанному плану.

 

Работа Подготовительной комиссии имеет определенную, заранее со­гласованную повестку дня, и мы не считаем, что сосредоточение внимания на чехословацком вопросе было бы в интересах коммунистического движе­ния, а также в интересах нормализации обстановки в Чехословакии.

 

Исполнение телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 207, л. 28-29. Подлинник.

 

№ 11. Постановление Политбюро ЦК КПСС «О телеграммах руководству австрийской и французской компартий»

 

П 104/23 Совершенно секретно 11 октября 1968 г.

 

Утвердить тексты телеграмм совпослам в Вене и Париже (приложения 1 и 2).

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 120, л. 29. Подлинник.

Приложение № 1 к пункту 23 прот. № 104

 

Секретно. Вне очереди

 

Вена. Совпосол

 

Срочно встретьтесь с тт. Мури и Нюрнбергом и, сославшись на поруче­ние, скажите следующее:

 

В Москве обратили внимание на опубликованную в газете «Фольксштимме» 2 октября с.г. информацию об окончании работы Подготовительной комиссии в Будапеште. В этой информации говорится, что «напряжение, возникшее в связи с военной интервенцией в Чехословакию, явилось причи­ной того, что коммунистические партии европейских стран и другие партии высказались за то, чтобы созыв международного Совещания был отложен».

 

Вместе с тем 3 октября с.г. «Фольксштимме» опубликовала интервью т. Ф. Мури австрийскому радио, в котором он вновь высказывается за созыв Совещания компартий Западной Европы для обсуждения «проблем, вызванных вводом войск пяти государств Варшавского договора в Чехословакию».

 

Скажите, что в Москве удивлены этими публикациями в «Фольксштимме».

 

Австрийским товарищам хорошо известно, что в Коммюнике, принятом на заседании Подготовительной комиссии в Будапеште, ни слова не гово­рится о том, будто международное Совещание компартий переносится в свя­зи с событиями в Чехословакии. На заседании самой Подготовительной ко­миссии ни одна из делегаций также не связывала созыв Совещания с чехос­ловацкими событиями.

 

Представитель Компартии Австрии не только не возражал против этого Коммюнике, но, наоборот, высказывал на заседании Комиссии свое согла­сие с ним.

 

Все, кто заинтересован в укреплении единства международного комму­нистического движения, хорошо понимают, что итоги Подготовительной комиссии в Будапеште наносят удар по пророчествам империалистической пропаганды насчет «провала» идеи проведения международного Совещания, что эти итоги ясно ориентируют братские партии на продолжение подготов­ки Совещания.

 

В этих условиях газета «Фольксштимме» явно искажает существо реше­ний Подготовительной комиссии в Будапеште. Такой ее подход не способ­ствует созданию должной атмосферы в коммунистическом движении, кото­рая облегчала бы преодоление возникших в нем временных трудностей и продвижение по пути укрепления его единства.

 

В свете этого мы рассматриваем и выступление т. Мури с призывом о проведении совещания компартий Западной Европы по чехословацкому воп­росу. ЦК КПСС уже излагал свою позицию по поводу такого рода инициа­тив. Мы считали и считаем, что любое совещание, в центре которого оказал­ся бы чехословацкий вопрос, не только не принесло бы никакой пользы коммунистическому движению и делу нормализации обстановки в Чехосло­вакии, но, наоборот, могло бы иметь трудно поправимые последствия для единства европейского коммунистического движения. К тому же известно, что руководство КПЧ не поддерживает идею созыва совещания европейских компартий и не согласно с открытым обсуждением чехословацкого вопроса.

 

Нам хорошо известно, что руководство Французской компартии, на ко­торую ссылается т. Ф. Мури, также не поддерживает идею о проведении сепаратной встречи компартий Западной Европы, о чем оно сообщило еще в начале сентября с.г. Представители ФКП подтвердили эту позицию во время встреч с делегацией КПСС в Будапеште.

 

Мы считаем, что теперь, когда работа Подготовительной комиссии в Будапеште со всей ясностью выявила намерение подавляющего большинства братских партий двигаться по пути единства, задача состоит в том, чтобы отнюдь не углублять имеющиеся разногласия, а предпринимать все усилия для их преодоления, для укрепления сплоченности европейского и междуна­родного коммунистического движения.

 

Исполнение телеграфируйте.

 

Приложение № 2 к пункту 23 прот. № 104

 

Секретно. Вне очереди

 

Париж. Совпосол

 

Встретьтесь с представителем руководства друзей и, сославшись на по­ручение, переговорите о следующем.

 

Как нам стало известно, председатель Компартии Австрии т. Мури в интервью австрийскому радио, опубликованном в газете «Фольксштимме» 3 октября с.г., вновь поставил вопрос о проведении Совещания компартий Западной Европы для обсуждения, как он выразился, «проблем, вызванных вводом войск пяти государств Варшавского договора в Чехословакию».

 

Обращает на себя внимание, что в своем интервью т. Мури сослался на то, что эту идею поддерживают французская и итальянская компартии. «Мы знаем, - заявил он, - что за проведение такого совещания выступают также ИКП, ФКП и многие другие партии Западной Европы. Мы думаем, что та­кое совещание состоится».

 

ЦК КПСС уже высказывал французским товарищам свое мнение по поводу всякого рода инициатив, направленных на то, чтобы созвать совеща­ние европейских, а тем более западноевропейских компартий по чехословац­кому вопросу.

 

Мы считали и считаем, что любое совещание, в центре которого оказал­ся бы чехословацкий вопрос, не только не принесло бы никакой пользы коммунистическому движению, а также делу нормализации обстановки в Чехословакии, но, наоборот, могло бы иметь трудно поправимые последствия для единства европейского коммунистического движения. К тому же извест­но, что и руководство КПЧ не поддерживает идею о проведении совещания европейских компартий и предложения об открытом обсуждении чехосло­вацкого вопроса.

 

Нам известна позиция Французской компартии по этому вопросу, кото­рая была изложена в письме ЦК ФКП от 2 сентября с.г., где говорилось, что ЦК ФКП «не намерен сейчас присоединяться или поддерживать инициативу такого рода, так как не думает, что многосторонняя встреча была бы в эти дни своевременна». Из бесед, которые имела делегация КПСС с представи­телями вашей партии на закончившемся недавно в Будапеште заседании Подготовительной комиссии, у нас сложилось впечатление, что Французс­кая компартия по-прежнему твердо придерживается этой позиции.

 

В этой связи не считают ли французские товарищи, что их публичное выступление с изложением своей позиции могло бы сыграть важную роль в том, чтобы положить конец спекуляциям вокруг идеи созыва Совещания западноевропейских компартий по чехословацкому вопросу.

 

Исполнение телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 210, л. 68-71. Подлинник.

 

№ 12. Постановление Политбюро ЦК КПСС «Об ответе на письмо руко­водства Компартии Австрии»

 

П 106/36 Совершенно секретно 28 октября 1968 г.

 

Утвердить текст телеграммы совпослу в Австрии (прилагается).

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 214, л. 19. Подлинник.

Приложение к пункту 36 прот. № 106

 

Секретно. Вне очереди

 

Вена. Совпосол

 

Встретьтесь с тт. Мури и Нюрнбергом и, сославшись на поручение, со­общите им следующее.

 

В Москве внимательно ознакомились с письмом руководства Компар­тии Австрии в ЦК КПСС от 27 сентября с.г. и хотели бы высказать свои соображения по вопросам, поднятым австрийскими товарищами.

 

Как это следует из письма, руководство КПА предлагает обсудить на встрече делегаций наших партий в сущности лишь один вопрос - о событиях в Чехосло­вакии. Мы готовы к обсуждению этого вопроса. Сама жизнь доказывает правиль­ность политической линии КПСС и других партий социалистических стран, своевременность принятых ими мер в защиту социализма в Чехословакии.

 

Вместе с тем должны сразу же сказать, что не можем согласиться с оцен­кой действий пяти стран Варшавского договора, данной в письме руковод­ства КПА, и с заявлением, будто эта «акция причинила самый тяжелый ущерб Советскому Союзу и мировому коммунистическому движению». В своих рассуждениях австрийские товарищи, по нашему мнению, забывают о глав­ном - о том, что пять социалистических стран, выполняя свой интернацио­нальный долг, добились осуществления основной цели - остановили разви­тие ЧССР по опасному пути, защитили дело социализма в этой стране, а это означает прямую поддержку международному рабочему классу, всему миро­вому антиимпериалистическому фронту.

 

Австрийские товарищи, несомненно, знакомы с Коммюнике о советско-чехословацких переговорах 3-4 октября в Москве. Из этого документа видно, что чехословацкие товарищи сами признают необходимость решения в Чехословакии таких задач, как повышение руководящей роли коммунисти­ческой партии, усиление борьбы с антисоциалистическими силами, наведе­ние должного порядка в органах массовой информации, укрепление партий­ных и государственных органов людьми, твердо стоящими на позициях мар­ксизма-ленинизма, пролетарского интернационализма.

 

Это, по нашему мнению, необходимо учитывать и братским партиям других стран для того, чтобы на деле помочь марксистско-ленинским силам в Чехословакии нормализовать обстановку в стране. Что касается КПСС, то она исходит именно из этого.

 

В этой связи мы считаем, что проведение публичной дискуссии в меж­дународном коммунистическом движении по чехословацкому вопросу, как это предлагают в своем письме австрийские товарищи, не только не принес­ло бы никакой пользы коммунистическому движению, а также делу норма­лизации обстановки в ЧССР, но, наоборот, могло бы нанести серьезный ущерб единству нашего движения. К тому же известно, что и руководство КПЧ не поддерживает идею открытого обсуждения чехословацкого вопроса.

 

Мы считаем важным сосредоточить в данный момент усилия междуна­родного коммунистического и рабочего движения, всех антиимпериалисти­ческих сил на борьбе против агрессивной империалистической политики, в особенности в таких важных вопросах, от которых зависит сохранение мира, как вьетнамский вопрос, положение на Ближнем Востоке и европейская бе­зопасность. Как и подавляющее большинство братских партий, КПСС счи­тает, что необходимо готовиться к созыву нового международного Совеща­ния, которое призвано стать решающим звеном в обеспечении сплочения коммунистов в деле борьбы против империализма, за осуществление наших коммунистических целей и идеалов.

 

Мы сочли необходимым откровенно высказать все эти соображения еще до проведения запланированной встречи делегаций наших партий, исходя из стремления добиться того, чтобы такая встреча могла принести плодотвор­ные результаты.

 

Исполнение телеграфируйте.

 

РГАНИ, ф. 3, оп. 72, д. 215, л. 4-5. Подлинник.

 

№ 13. Сообщение Политбюро Французской коммунистической партии Политбюро ЦК КПСС

 

Перевод с французского 20 июля 1968 г.

 

В подтверждение заявления товарища Вальдека Роше, сделанного утром вашему послу в Праге, информируем вас, что:

 

Политбюро нашей партии подвело итог ответам, полученным на его предложение о созыве совещания всех коммунистических и рабочих партий Европы, учитывая развитие событий в Чехословакии и вытекающие из этого проблемы. За созыв такого совещания, отвечающего нашему стремлению сплотить силы в борьбе против империализма, за социализм, уже высказа­лись четырнадцать партий.

 

Мы сожалеем, что ваша партия и другие главным образом заинтересо­ванные партии не одобрили наше предложение. Мы, конечно, учитываем этот факт. С другой стороны, нам известно, что ведутся переговоры о встрече руководства вашей партии с руководством Коммунистической партии Че­хословакии. В связи со всем этим мы предлагаем партиям, поддержавшим наше предложение, не настаивать в настоящее время на созыве совещания.

 

Париж, 20 июля 1968 г.

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 491, л. 77. Подлинник.

 

Помета: «Руководству ФКП дан ответ ЦК КПСС».

 

№ 14. Справка Посольства СССР во Франции «К позиции ФКП в связи с Чехословацкими событиями», подготовленная для ЦК КПСС

 

Секретно 6 ноября 1968 г.

 

Утром 21 августа, т.е. спустя несколько часов после того, как руковод­ство ФКП было информировано о вступлении союзных [войск] на террито­рию Чехословакии, политбюро ФКП опубликовало заявление, в котором выражалось «удивление» и в связи с «военным вмешательством в Чехослова­кии» употреблялся термин, близкий к осуждению (полный текст заявления - приложение № 1 22). Судя по некоторым сообщениям французской печати, на указанном заседании политбюро присутствовало лишь 5 членов из 17 (ос­тальные находились в отпуске). Как писала французская печать, т. Ж. Торез-Вермерш отказалась присоединиться к мнению большинства членов полит­бюро, в то время как член политбюро и генеральный секретарь BKT т. Ж. Сеги энергично поддержал осуждение действий пяти социалистических государств в отношении Чехословакии.

 

Французская правая пресса связывала невыдвижение кандидатуры т. Ж. Торез-Вермерш руководством ФКП на выборах в сенат 29 сентября с ее особой позицией в отношении чехословацких событий.

 

Помимо т. Ж. Торез-Вермерш, к числу сторонников сдержанности в кри­тике советской позиции французская печать относила тт. Р. Гюйо, Э. Фажона, Ж. Дюкло, Ф. Бийо, называя в числе активных сторонников «самостоятель­ной» линии Р. Гароди, Р. Леруа, Г. Плиссонье, Р. Пике, М. Вайян-Кутюрье. По выражению буржуазных обозревателей, тт. В. Роше и Ж. Марше занимают среднею позицию, находясь «между молотом и наковальней».

 

По данным Посольства, весьма негативную роль в определении пози­ции ФКП по чехословацкому вопросу играет член политбюро Л. Леруа, находившийся в Чехословакии в момент вступления союзных войск. Являясь членом Президентского совета общества «Франция-СССР», Р. Jlepya зани­мал недружественную нам позицию. Был инициатором ряда проектов резо­люции Президентского совета и Национального совета общества, осуждав­ших действия Советского Союза. (Эти проекты, однако, не были приняты в предполагавшемся им виде.)

 

На другой день, 22 августа, был созван пленум ЦК ФКП. Пленум, про­ходивший под председательством т. Ж. Дюкло, принял резолюцию, в кото­рой ЦК ФКП высказался в поддержку заявления политбюро от 21 августа (полный текст резолюции - приложение № 2). Однако в целом критика действий пяти социалистических государств была несколько смягчена, и пле­нум ЦК ФКП, в отличие от заявления политбюро, выразил «неодобрение» военного вмешательства в Чехословакию. Пленум ЦК ФКП нашел необхо­димым дать более развернутую позицию ФКП в отношении чехословацких событий и Советского Союза. В частности, было подчеркнуто, что ФКП «не прекратит прилагать свои усилия в пользу единства международного комму­нистического движения, в пользу укрепления ее отношений солидарности и сотрудничества со всеми коммунистическими и рабочими партиями, кото­рые всегда ее объединяют с Коммунистической партией Советского Союза». Кроме того пленум ЦК ФКП призвал к борьбе против антикоммунистичес­ких и антисоветских спекуляций и провокаций в связи с чехословацкими событиями. Эта эволюция в позиции ФКП была отмечена буржуазными обо­зревателями, и руководство ФКП сочло необходимым подчеркнуть, что ни­каких изменений в позиции ФКП, изложенной в заявлении политбюро ФКП от 21 августа, не произошло.

 

Вместе с тем в заявление политбюро ФКП от 25 августа (приложение № 3) по поводу начавшихся в Москве советско-чехословацких переговоров было включено положение о необходимости вывода «интервенционистских сил»: «Под положительным решением политбюро понимает соглашение, вклю­чающее прежде всего нормализацию обстановки в Чехословакии в рамках суверенитета чехословацких правительства и Коммунистической партии, а также их международных обязательств, что включает в себя вывод интервен­ционистских сил».

 

Это заявление было встречено здесь как уступка руководства ФКП, с одной стороны, левобуржуазным партиям, которые обвиняли ФКП в непос­ледовательности, проявившейся-де в том, что она отказалась выступить со­вместно с компартией Италии с требованием вывода войск из Чехословакии, а также в отказе BKT от участия в организованной ФДКТ и «Форс увриер» пятиминутной [демонстрации] солидарности с чехословацкими трудящи­мися. С другой стороны, это заявление политбюро ФКП выглядело как прямое отступление компартии перед нажимом правых сил, «разоблачав­ших» позицию простого неодобрения как тактический ход ФКП с целью сохранить союз с социал-демократией и завоевать на свою сторону широ­кие слои избирателей для обеспечения мирного прихода к власти во Фран­ции. Неслучайно поэтому в своем интервью радиостанции «Радио-Люксембург» 26 августа (приложение № 4) генсекретарь ФКП т. В. Роше под­черкнул, что позиция ФКП в отношении Чехословакии была определена в соответствии с принципиальными позициями ФКП, а не тактическими соображениями. Тов. В. Роше назвал военное вмешательство в Чехослова­кии «серьезной ошибкой».

 

В своих заявлениях от 27 августа, а затем от 2 сентября (приложения № 5, 6) политбюро ФКП, подтвердив свое неодобрение военного вмеша­тельства, заявило, что оно рассматривает положительным тот факт, что мос­ковские переговоры привели к соглашению.

 

В рядах ФКП и руководстве проявилась тенденция подтолкнуть партию в сторону еще более жесткой позиции и осудить в еще более резкой форме действия пяти социалистических государств. Эта тенденция проявилась, в частности, в кругах французской коммунистической интеллигенции.

 

Например, член политбюро ФКП т. Роже Гароди в интервью, данном 26 августа чехословацкому агентству ЧТК, высказался против московского соглашения, достигнутого в результате советско-чехословацких переговоров. В заявлении, составленном в весьма резких выражениях, содержатся нападки на советское руководство. Газета «Юманите», тон которой при освещении чехословацких событий был весьма тенденциозный, опубликовала текст за­явления Национального комитета писателей. В этом заявлении, подписан­ном, в частности, членом ЦК ФКП Л. Арагоном, выражается поддержка «че­хословацких друзей» в их «мужественной борьбе против захватчиков» и т.д. Газета «Леттр франсэз», директором которой является Л. Арагон, пошла даже на то, чтобы перепечатать некоторые редакционные статьи спецкора (так в документе. - Г.М., Т.Д.) чешской газеты «Литерарни листы» от 22 августа 1968 года.

 

Руководство ФКП сочло необходимым отмежеваться от заявления т. Р. Гароди отметив, что «некоторые суждения автора не совпадают с суждениями ЦК партии и ее политбюро» и что «они представляют собой недопустимое вмешательство во внутренние дела братских партии», а также от заявления Л. Арагона.

 

Занятая руководством ФКП с самого начала позиция «неодобрения во­енного вмешательства в ЧССР», несмотря на дополнение ее в последующей резолюции пленума ЦК ФКП тезисом о дружбе с КПСС и о необходимости борьбы с антисоветизмом, объективно вела компартию Франции к дальней­шему переходу от «неодобрения» к все более активному осуждению позиции Советского Союза и других братских соцстран. К этому же подталкивала ФКП и буржуазная пресса. 27 августа газета «Пари-пресс Энтрансижан» кон­статировала, что в то время как де Голль умеряет тон, ФКП повышает тон своей реакции на чехословацкие события.

 

Фактически антисоветская кампания в связи с Чехословакией не встре­чала противодействия со стороны французской коммунистической печати.

 

Позиция, занятая руководством ФКП по вопросу оказания действенной помощи чехословацкому народу в борьбе против контрреволюции, вызвала непонимание со стороны многих рядовых членов ФКП, о чем, например, свидетельствуют некоторые письма, полученные Посольством от отдельных французских коммунистов. Некоторые коммунисты приходили в Посоль­ство заявить о поддержке позиции КПСС и Советского Союза, отмечая, что делают это в нарушение партийной дисциплины и под угрозой обвинения во фракционной деятельности.

 

Как писала буржуазная газета «Монд», ФКП заняла в отношении Чехос­ловакии более выжидательную позицию по сравнению с ИКП, «поскольку внутри ее развернулись острые дебаты и, кажется, около третьей части ее членов критикуют руководство партии за то, что оно не одобрило вмеша­тельство, в то время как незначительное меньшинство, кажется, наоборот, упрекает в том, что оно выступило с недостаточной резкостью». Левацкий журнал «Нувель обсерватер» называл цифру «35% членов ФКП, которые счи­тают, что их руководители были слишком антисоветскими».

 

Именно поэтому во всех партийных организациях, от федераций до низовых ячеек, были проведены собрания с целью разъяснения рядовым чле­нам нынешней позиции ФКП. Судя по некоторым данным, в ходе этих со­браний дискуссия выходила зачастую за рамки чехословацких событий и не­которые партийные руководители, стремясь оправдать нынешнюю позицию руководства ФКП, прибегали к критике позиции Советского Союза и по другим вопросам. В целях воздействия на ход этой «разъяснительной» кампа­нии и стремясь обеспечить свой контроль над дальнейшим развитием развер­нувшейся в партии дискуссии, руководство ФК провело 20-21 октября с.г. новый пленум ЦК, на котором было принято решение в близкие сроки про­вести еще один пленум для «подтверждения и углубления» программы борь­бы партии за демократию и социализм. Пленум принял резолюцию, под­твердившую неодобрение «военного вмешательства пяти социалистических стран в Чехословакию» и одобрившую инициативу политбюро о встрече ру­ководителей ФКП и КПСС (приложение № 7 23). Пленум вынес публичное порицание члену политбюро Р. Гароди за нарушение им принципов демок­ратического централизма и принял отставку тов. Ж. Торез-Вермерш как чле­на политбюро и ЦК ФКП (приложения 8, 9, 10 24).

 

Следует отметить, что в основном докладе, сделанном т. Г. Плисонье, Жанетта Торез-Вермерш упрекается в том, что она необоснованно обвиняла политбюро за позиции, благоприятствующие раздуванию антисоветизма. В своем выступлении на пленуме т. В. Роше обвинил т. Ж. Торез-Вермерш в непоследовательности, выразившейся-де в ее заявлениях, что она тоже про­тив военного вмешательства, но в то же время любую критику этого вмеша­тельства она приравнивала к антисоветизму.

 

Обращает на себя внимание, что ни в докладе т. Плиссонье, ни в речи т. Роше ничего не было сказано о договоре об условиях временного пребыва­ния советских войск в Чехословакии. Тов. Плиссонье отмечал, кроме того, что во Франции широко распространяются советские пропагандистские ма­териалы, сбивающие с толку французских коммунистов.

 

Сама логика занятой руководством ФКП позиции толкала его к тому, что, будучи вынужденным оправдывать перед партийными массами эту свою позицию осуждения СССР в чехословацком вопросе, оно пыталось доказать правильность своей линии, прибегая иногда к аргументам импе­риалистической пропаганды, используя антисоветскую, тенденциозную ин­формацию буржуазных агентств и даже подпольных чехословацких радио­станций.

 

Так, например, явно для подтверждения правильности тезиса руковод­ства ФКП об отсутствии угрозы контрреволюции и способности КПЧ вып­равить положение в ЧССР своими собственными силами в «Юманите» от 2 сентября была опубликована подборка материалов АФП об опросе пражан, 93% которых считает, мол, что контрреволюционной опасности в Чехослова­кии не существовало.

 

Следует отметить, что начиная с 28 августа, то есть после достижения московского соглашения, «Юманите» начала подавать информацию по че­хословацкому вопросу в более сдержанном, объективистском духе. Пози­ция ФКП, констатировала газета «Комба» от 30 августа с.г., «остается наи­более сдержанной по сравнению с позициями других компартий Западной Европы». Французская пресса увидела первый «антимосковский конкрет­ный жест» ФКП против вмешательства в Чехословакии в выступлении ру­ководства ФКП за перенос международного совещания коммунистических и рабочих партий.

 

В настоящее время ФКП подчеркивает в своей печати необходимость выполнения московского соглашения «как с той, так и с другой стороны», причем под выполнением соглашения ФКП подразумевает «укрепление со­циализма в Чехословакии, возвращение к нормальной жизни в этой стране в условиях уважения суверенитета коммунистической партии и чехословацко­го социалистического правительства, наконец, постепенный вывод интер­венционистских войск». ФКП считает, что в этом случае будут созданы усло­вия «для укрепления и развития единства, столь необходимого социалисти­ческим и всем коммунистическим и рабочим партиям». Таким образом, ФКП недвусмысленно ставит проведение международного совещания коммунис­тических и рабочих партий в зависимость от «нормализации» обстановки в Чехословакии, включая вывод союзных войск.

 

Нынешняя позиция ФКП по чехословацкому вопросу идет вразрез с нашей оценкой как в отношении оценки событий, происходивших в Чехос­ловакии до 21 августа и опасности угрозы со стороны контрреволюционных сил, так и в отношении мер, которые следовало бы предпринять для борьбы с этими контрреволюционными силами.

 

Как старается подчеркнуть руководство ФКП, эта позиция носит прин­ципиальный характер. Член ЦК ФКП т. Жюкэн в предисловии к специаль­ному номеру журнала «Ла нувель критик» писал по этому поводу: «Политбю­ро и ЦК нашей партии не действовали поспешно и импровизированно; их позиция вытекает из углубленной информации и особенно, что является ос­новополагающим, из постоянной принципиальной политики» (последние три слова автором выделены).

 

Нынешняя позиция ФКП, в связи с которой главный редактор газеты «Юманите» член ЦК ФКП т. А. Андриё отмечал, что, по его мнению, «это впервые, когда по столь серьезному вопросу появилось фундаментальное разногласие», является, несомненно, результатом длительной внутренней эволюции, которая имеет место внутри партии.

 

Эта эволюция связана непосредственным образом с трудностями, кото­рые переживало в последние годы международное коммунистическое движе­ние, а также со сменой в 1954 г. руководства партии.

 

Вместе с этим, несомненно, большое влияние на определение позиции ФКП оказали внутриполитические соображения...

 

В последнее время ФКП все больше подчеркивает наличие для такой страны, как Франция, учитывая ее давние традиции буржуазной демократии и наличие высокоразвитой промышленности, возможность мирного перехо­да Франции к социализму в союзе с другими левыми партиями, и прежде всего с социалистами, возможность особого пути перехода Франции к соци­ализму. Хотя в этом вопросе у ФКП нет четко определенной программы, однако нельзя не отметить, что ФКП увидела в новом курсе чехословацких руководителей обоснование для своей программы перехода Франции к соци­ализму. В частности, эта мысль была весьма четко сформулирована в заявле­нии члена Политбюро ФКП Р. Гароди. «Программа действий, - заявил Га- роди, - принятая весной коммунистической партией Чехословакии, вызвала огромный интерес среди французских коммунистов. Она явилась началом поисков форм экономической, политической и культурной ориентации со­циализма в такой стране, которая, как и Франция, уже была высоко индуст­риальной страной до построения социализма и которая имела глубокие тра­диции буржуазной демократии. Это сходство делало братское чехословацкое начинание весьма близким нам».

 

Эту же мысль высказал и известный обозреватель «Юманите» А. Вюрмсер, который писал: «КПЧ и чехословацкий народ... начали переделку того, что раньше не соответствовало традициям единственной нации среди всех дру­гих наций, установивших после войны социализм, которая в течение многих лет познала буржуазную демократию и ее свободы, вместе со всем тем лож­ным, что они содержат, но так же и положительным».

 

Об этом же прямо пишет заместитель главного редактора «Юманите» Ив Моро: «Следует ли напоминать, что начиная с 1946 г. в своем интервью газете "Тайме" Морис Торез излагал тезис многообразия форм установления социализма, тезис, который был подтвержден и развит на наших последних съездах? Эти съезды, в частности, уточнили, как в нынешних условиях мы считаем возможным предвидеть оригинальный демократический путь пере­хода к социализму в условиях многопартийности. В этом заключается осно­вополагающий выбор французских коммунистов, и именно в значительной степени с учетом этого выбора мы определили свою позицию в отношении чехословацких событий».

 

Используя такую позицию ФКП, французская буржуазия стремится отда­лить еще больше ФКП от Советского Союза. Например, близкий к федерации левых сил известный профессор и публицист М. Дюверже считает, что действия Советского Союза в отношении Чехословакии показали необходимость созда­ния «третьего центра» коммунизма (после китайского коммунизма, который «воплощает надежду бедных и слаборазвитых, тех, кому нечего терять и которые могут только выиграть, применяя насилие) [отличного от] русского коммуниз­ма, [но] соответствующего более развитым странам, которые имеют тенденцию, естественно, к осторожности и реформизму, но который однако, начиная с 21 августа 1968 г. показал неспособность воплощать будущее самых современ­ных промышленных наций». Там же Дюверже уверяет, что участие французских коммунистов в правительстве «не является совершенно немыслимым».

 

Еще дальше идет газета «Комба», которая писала: «Вся драма, кажется, проистекает из того факта, что первая страна, пришедшая к коммунизму и которая претендует на то, чтобы предложить другим единственную модель и пример разнообразия, никогда не знала, что такое свобода. Неграмотный мужик, ставший советским гражданином, не пройдя через этап парламентс­кой демократии, имеет тенденцию считать абсурдным все, что он не знает, и видеть в демократических свободах химеру, используемую пустыми мечтате­лями, или оружие контрреволюции».

 

Нельзя исключать, что руководство ФКП определило свою позицию по чехословацким событиям с учетом также позиции ИКП, с которой в после­днее время ФКП поддерживает весьма тесные связи.

 

Представляется, таким образом, что позиция ФКП, занятая в связи с чехословацкими событиями, является не случайной, а закономерно вытекает из глубинных эволюционных процессов, происходящих внутри партии.

 

РГАНИ, ф. 5, оп. 60, д. 490, л. 339-349. Подлинник. Помета: «Материал информационный. В международном отделе ЦК КПСС ознакомились».

 

Приложение

 

Из воспоминаний Ч. Цисаржа «От мая к июню»

 

Шестидесятые годы принесли относительно спокойное развитие для Европы, однако динамика общественного развития и изменения заметно уве­личилась. Американская война во Вьетнаме, арабо-израильский конфликт и некоторые иные «отдаленные» события имели влияние на европейскую си­туацию лишь отчасти.

 

Высокоразвитые страны Запада развивались существенно быстрее, не­жели раньше, благодаря научно-технической революции, придавшей ускоре­ние прогрессу в энергетике и электронике, в химической промышленности, земледелии и в регулировании экономических процессов. Усовершенствова­лись формы государственного регулирования, которые позволили ограни­чить возникновение циклических кризисов и увеличили инвестиционную активность, вместе с тем были запущены процессы, направленные на благо трудящихся классов. Интеграционные процессы по образованию единого рынка заложили основу планового развития экономики западных стран. Ка­питализм утратил классическую форму и претерпевал важные общественные изменения.

 

Страны социалистического лагеря подобных изменений не претерпели, и их политические круги лишь понемногу приходили к пониманию того, что происходит в западном мире. Даже несмотря на изменение тоталитарной практики, они оставались в плену отживших догматов и пропагандистских лозунгов, как например «догнать и перегнать капитализм», при этом не со­здавая необходимых условий для реализации этих лозунгов. Совместная ра­бота в рамках СЭВ не приносила ожидаемых результатов. В конце 60-х годов стало очевидно, что социалистические государства стали все больше отста­вать от Запада,  который в соревновании с Востоком не только не отставал, но выигрывал. Социалистический блок стал входить в перманентный глубо­кий кризис.

 

Эта ситуация постепенно становилась очевидной для граждан всех со­циалистических стран, прежде всего для критико-аналитически мыслящей интеллигенции. Начиная с осуждения сталинизма в 1956 г. нарастали сомне­ния в правильности отдельных принципов и теоретических положений ком­мунистической политики и практики. Шаг за шагом начала складываться целая система так называемого марксистко-ленинского анализа, которая на­ходилась в разных странах на разном уровне развития. В большей степени там, где созрели теоретические и политические условия для прозрения, в меньшей степени там, где таковые условия были в зачаточном состоянии. Историческое развитие показало, что именно в Чехословакии противоречие между отсталой политикой и потребностями развития страны стало причи­ной глубокого общественного кризиса. Именно тогда, в конце 60-х годов, в странах с высокоразвитой экономикой, наукой и культурой, с цивилизационными и гуманистическими традициями, где сложился сознательный слой коммунистической интеллигенции, стало возможным проломить тоталитар­ный панцирь и попытаться провести необходимые изменения. «Пражская весна» не свалилась с неба, она была результатом исторического развития Европы и нашим ответом на исторический вызов второй половины XX века.

 

Но было бы, однако, односторонне и морально неоправданно, если бы мы заняли только национально окрашенную позицию и стали бы говорить о некоем исключительном чехословацком подходе к реформам. Нельзя умал­чивать о мощном импульсе XX съезда КПСС и целого периода «оттепели», польских и венгерских событиях, французских и других западноевропейских марксистах, практической политике социал-демократических партий и про­граммных инициативах Социалистического интернационала. С ними были связаны стремления наших философов, историков, социологов и других уче­ных, наших деятелей искусств, писателей, публицистов и иных интеллектуа­лов, которые - иногда с оригинальностью - включились в европейский поток возрождения.

 

Неравномерность развития разных социалистических стран и различия в понимании социализма как политической системы поставили программу реформ КПЧ в противоречие с методами революционных партий в ряде дру­гих стран. Внутри объединенной общности неизбежно возникали споры о правильности или уместности чехословацких реформаторских стремлений, эти споры постепенно усиливались и в мае приняли антагонистический ха­рактер. Дубчековское руководство КПЧ хотело предложить диалог о теории и формах социализма в ЧССР, о неизменности внешней политики, десяти­летиями связанной с блоком социалистических стран. С ним мы переживали периоды напряженности и успокоения в зависимости от того, каковы были отношения между великими державами, СССР и США, между блоками Вар­шавского договора и НАТО.

 

Неизменность чехословацкой международной политики подтверждала «Программа действий», которая в то же время обращала внимание, что такая международная политика не оставляет инициативы для выражения собствен­ной точки зрения. В программе имелась конкретизированная критика, кото­рая намекала на слабую чехословацкую активность в ООН и иных междуна­родных организациях, на пренебрежение широкими взаимовыгодными кон­тактами с развитыми странами Запада, на методы по отношению к двум немецким государствам, на добровольную поддержку Чехословакией вели­кодержавных амбиций СССР (неправильное участие в спорах с Китаем, Югославией и Румынией). Формальность чехословацкой дипломатической деятельности в эпоху А. Новотного была настолько стерильна, что ее крити­ковали и многие сотрудники МИД и представительств за границей (к ним принадлежал и я во время выполнения своей миссии в Румынии). Как и Дубчек, мы все сознавали, что наши начинания на международной арене должны исходить как из наших договорных обязательств, так и из специ­фических интересов ЧССР, прежде всего в Европе. В такой обстановке к своим функциям в качестве главы МИД приступил Иржи Гаек 25, опытный и известный в мире дипломат, который имел в своем распоряжении доста­точное количество способных, подготовленных сотрудников, преданных че­хословацким интересам и процессу реформ. Вообще хочу заметить, что «твор­ческая бедность» - старинный метод нашей международной политики, по определению опытного дипломата О. Кличка, - вовсе не означала отсут­ствия талантов у дипломатического персонала. Особенно это относится к сотрудникам, работавшим в высокоразвитых западных странах - людям, ознакомившимся с мировыми тенденциями развития и приобретшими цен­ный опыт, что было очень полезно в условиях наших демократических на­чинаний.

Если после января в мире начал расти интерес к нашим событиям, то начиная с марта мы стали привлекать чуть ли не ежедневное внимание. Ре­акция была, разумеется, различной, однако в целом преобладала симпатия к попытке соединить социализм с демократическими свободами. Я мог о том лично судить благодаря моей первой встрече с дипломатическим корпусом в Праге во время приема в посольстве Объединенной Арабской Республики во второй половине марта. Дипломаты видели во мне своего недавнего бухаре­стского коллегу и заверяли меня в желании своих правительств, чтобы нача­тое нами дело удалось. Задавалось и множество озабоченных вопросов отно­сительно того, насколько мы владеем ситуацией. Подобные разговоры про­должились и во время приема у болгарского посла, данного в честь приезда болгарской делегации во главе с Т. Живковым, посетившей Прагу для под­писания нового договора о дружбе. Обратил я внимание и на то, как измени­лась атмосфера во взаимодействии с дипломатами социалистических стран, особенно ГДР и Польши, которые ограничивали общение только сугубо де­ловыми вопросами и протокольными мероприятиями, явно избегая довери­тельных и неофициальных контактов. Особенно я ожидал приезда т. Я. Менендеса, посла Кубы в Бухаресте, который посетил Прагу с женой и был восхищен красотой города. Мы подробно обсудили взгляды румынских и других дипломатов... 26

 

Интерес иностранных журналистов к нашим событиям, прежде всего в сфере информации и культуры, проявился во время встречи с ними в Вальдштейновском дворце в начале мая. Это была тематическая пресс-конферен­ция, которую проводил Б. Хноупек, заместитель министра М. Галушки. Я должен был произнести вступительное слово и ответить на 14 вопросов. Они касались свободы публикаций, допуска беспартийных в средства массовой информации, цензуры и автоцензуры, различного подхода к свободе прессы в Праге и Братиславе (связанное с взглядами Биляка 27 на «идеологическое регулирование» журналистов). Далее, журналисты хотели знать, когда будет принят новый закон о прессе и как он будет выглядеть, как мы будем реаги­ровать на публикацию оппозиционных взглядов относительно внешней по­литики (прежде всего методов союзников в отношении ЧССР), согласимся ли мы с основанием новых оппозиционных партий, какова роль молодежи в процессе реформ, останется ли в высшей школе обязательное изучение рус­ского языка и т.д.

 

Я отвечал откровенно и наиболее подробно остановился на вопросах от­носительно нашей политики: разъясняя, почему я на данном этапе развития против создания новых партий, насколько в медийную сферу вторглись ры­ночные отношения, почему и в какой мере наряду с русским мы будем вво­дить в учебных заведениях преподавание других иностранных языков, насколько влияет на ввоз иностранных журналов и книг недостаток валюты и т.д.

 

По истечении двух часов Б. Хноупек пресс-конференцию закончил, на­звав ее «одной из лучших и успешнейших» в последнее время. У меня также сложилось впечатление, что такие встречи надо проводить чаще и на другие темы. Особенно я оценил свободную и непосредственную атмосферу беседы, в которой присутствует юмор. Так, представитель «France soir» спросил, ког­да будет в киосках достаточно иностранных газет, сообщив, что пока что можно купить только «Le Monde» и «The Times», и присутствовавший тут же представитель «Le Monde» вполголоса заметил по адресу спрашивающего: «Je m'en doute du gout des Praguois de vous lire!», что я, услышав, тут же пере­фразировал по-чешски: «Еще будут ли пражане ваши газеты читать!» Не мень­ший смех вызвал вопрос советского журналиста: как будем охранять государ­ственную тайну, отменим ли цензуру, на что я ответил: «Зачем оплачивать внешнего редактора, когда каждый может источник информации - в том числе редакционный - проверить на наличие тайны сам».

 

Полное доверие и поддержку нашей новой политики выразил во время майского визита Луиджи Лонго 28, лидер итальянских коммунистов, чья твор­ческая и демократическая политика была для нас источником вдохновения в развитии реформаторских усилий. Вместе с другими товарищами я был уча­стником некоторых переговоров с ним, а так же обедал с Лонго. В течение получаса, беседуя, я излагал разные аспекты нашей демократической про­граммы и ее международную линию. Лонго еще в начале марта, во время итальянской предвыборной кампании, поддержал «Политику реформ, про­водимых в Чехословакии», которые стремятся к синтезу социализма и де­мократии в свободном и справедливом обществе. Он и сейчас не скрывал солидарности с нашей программой, которая, по его мысли, могла бы пока­зать преимущество социалистической демократии по сравнению с демокра­тией буржуазного типа. После 50 лет существования социалистической сис­темы он видел в этом новый стимул к развитию идеи прав человека, демок­ратических свобод и социальной справедливости. В рассуждениях Лонго были очевидны и опасения относительно отрицательной реакции Москвы, кото­рая видела в нашем эксперименте всевозможные опасности и в целом не испытывала по отношению к нему воодушевления. Он считал, что мы не должны принимать реакцию Москвы всерьез, в то же время своими усилия­ми показать товарищам реальность нашей политики, защитить ее против противников слева и справа.

 

Именно во время визита Лонго в Прагу министр И. Гаек находился в Москве, где в течение двух дней вел переговоры со своим коллегой А. Гро­мыко и был принят А. Косыгиным. Гаек возвратился с очень противоречи­выми впечатлениями. В диалоге преобладало, как он нам рассказывал, ост­рое недоверие ко многому из того, что мы делали во внутренней и внешней политике и воспринимали это как прорыв не только для нашей страны но и для всего социалистического лагеря. Даже ссылки на позитивную реакцию французских, итальянских и других коммунистов, которые рассчитывали на положительное воздействие нашей политики на левые западные круги, не подтолкнули советских политиков к более благоприятному восприятию кур­са КПЧ и Чехословакии. Готовность европейского развития к демократичес­ким реформам и социальному прогрессу показало общественное развитие в некоторых западноевропейских странах. Во Франции в мае дело дошло до бурных демонстраций студентов и забастовок рабочих, направленных против условий авторитарного голлистского режима. Острую ситуацию, когда сту­денты захватили университеты и во всеобщей забастовке приняло участие более 10 миллионов человек, президент де Голль разрешил персональными перестановками в кабинете Помпиду, роспуском парламента и объявлением новых выборов. Было не случайным, что накануне этих событий студенты и рабочие интересовались развитием ситуации в ЧССР. На это повлияла, бе­зусловно, и французская пресса, которая начиная с января постоянно следи­ла за нашими событиями. Не только левые, но и часть правых газет серьезно и непредвзято информировали своих читателей о событиях, которые знаме­новали «очень важный поворот в истории коммунизма» и истории XX века.

 

Обстоятельную статью опубликовал в начале мая ведущий французский политолог М. Дюверже в газете «Le Monde». Он показал громадное значение событий в Чехословакии, Польше и других странах, в которых социализм терял свою привлекательность. Он видел в этих событиях прогресс в отноше­нии к гражданским свободам, имеющий важнейшее значение для будущего социализма. «Свобода является не исключительно буржуазной идеей, потреб­ностью эстетов и запросом интеллектуалов, но основной потребностью чело­вечества», - писал Дюверже, «свобода - это сама сущность человека». Раз­витие свобод в коммунистических государствах не может быть простым: люди привыкли к конформизму и догматизму, тяжело принимают либеральные взгляды. Хорошо, что «пражское руководство» понимает это и поступает «очень разумно». Неправы те, кто в либерализации видит «буржуазный уклон». В конце автор поставил вопрос, когда соберется «коммунистический съезд» (совещание всех компартий) в Москве, запланированный на осень 1968 г., будет ли он иметь мужество ясно высказаться по этому вопросу. Сам же ответил: вряд ли.

 

Осторожнее реагировала на чехословацкие события общественность За­падной Германии. С одной стороны - удовлетворение отходом от сталиниз­ма и иллюзорные надежды на «переход Чехословакии в западный лагерь», с другой стороны - скепсис, основанный на том, что события в Праге «не затрагивают сущности коммунизма». Многие обозреватели видели большой риск, который может наш «эксперимент уничтожить». Некоторые иллюзии испытывали судетские немцы относительно пересмотра признания незакон­ности мюнхенских решений и их выселения в 1945 году. К отзвукам Пражс­кой весны в Германии можно причислить и комментарий моей речи в связи со 150-летием со дня рождения К. Маркса, которую какое-то западногерман­ское издание озаглавило «Цисарж отказывается от коммунизма». В коммен­тарии были искажены мои формулировки, и он стал одним из пунктов обви­нения против меня для господ из Кремля.

 

Из европейских социалистических стран к нашей новой политике пози­тивное отношение прежде всего выразила Югославия. Белградская «Полити­ка» написала, что демократические перемены в нашей «стране высокой ци­вилизации» происходят без шума и драм под управлением «искушенных и чувствующих режиссеров». Югославские граждане в прессе упоминали Че­хословакию как «достойный пример», страну с большим экономическим по­тенциалом, технически развитую, имеющею квалифицированных трудящих­ся, где можно ожидать наступления демократии. Наши демократические по­литики во время своего майского визита в Москву попробовали выступить в защиту И. Броз Тито, однако безрезультатно.

 

Когда 20 марта я покидал Бухарест, то не имел предчувствия, что ЦК Румынской коммунистической партии подготовляет пленум, на котором пой­дет на ревизию предыдущих 50 лет, примет курс на истинную демократию и сформулирует отношение к международному совещанию революционных партий. В преступлениях против партийных и государственных деятелей (Лука, Цанал, Патрасцану и др.) были обвинены А. Драгаци, И. Чисневски и Георгиу-Деж, старейшие вожди партии. Мое особое внимание привлекло обвине­ние Драгаци, бывшего министра внутренних дел, позже секретаря ЦК, кото­рый теперь был лишен членства в ЦК и с которым я один или два раза встречался в качестве посла.

 

В середине мая в Прагу приехали два румынских гостя для переговоров о взаимосвязях Румынии и ЧССР и о подписании нового чехословацко-румынского договора. Посетили они и меня. Были это В. Влад из ЦК РКП и Г. Марин из МИД, ведущие руководители, отвечавшие за связи Румынии с коммунистическими странами. Я воспользовался этой возможностью и рас­спросил их о политических изменениях, происшедших в их стране, несколь­ко напоминавших изменения у нас. Со ссылкой на выступление Чаушеску они говорили об уважении гражданских прав, о свободе слова и культуры, об участии профсоюзов в развитии предприятий, о вынесении ключевых поли­тических вопросов на общественную дискуссию, о борьбе с бюрократией, о сокращении административного аппарата на треть и подтвердили, что веду­щие партийные и государственные функции у нас разделены, а в PCP, наоборот, соединены, и не только в центре, но и на местах, где первые секре­тари партии одновременно занимают должность председателей народных собраний. В качестве основного довода при этом приводилось уничтожение двучленности аппарата и повышение персональной ответственности не толь­ко за решения органов партии, но и за их непосредственное выполнение народными собраниями. Из дискуссии с гостями я понял, что в данном слу­чае речь не идет о системном изменении, которое предполагала наша про­грамма действий, но лишь о некоторой осторожной коррекции, к которой у нас приступали в предшествующие 60-е годы.

 

Что было действительно важно в нашем диалоге, так это заверение ру­мынских товарищей в том, что представители их страны считают крайне важным признание и уважение суверенитета каждой из социалистических стран и невмешательство во внутренние дела. Они готовились к московскому международному совещанию коммунистических партий, где были намерены отстаивать принцип свободной дискуссии, равноправное положение всех участников, без взаимных упреков и нападок. Действительно румынская партия не участвовала в последних переговорах, организованных руководством КПСС, выразила несогласие РКП с осуждением КПЧ и давлением на ее руковод­ство. Румынию в ее отношении к нашим реформам можно приравнять к Югославии и крупным коммунистическим партиям Запада... 29

 

В день заседания пленума ЦК [19 июля] в Прагу приехал генеральный секретарь Французской коммунистической партии Вальдек Роше 30. Перед этим он вел переговоры с представителями КПСС в Москве, после чего воз­вратился в Прагу с убеждением, что существует угроза военного вмешатель­ства советской армии в ЧССР. Руководство ФКП приняло его проект о ско­рейшем созыве конференции европейских коммунистических партий для обсуждения сложившейся ситуации. В течение нескольких дней 15 партий выразили согласие. В Прагу Вальдек Роше спешил, чтобы убедить Дубчека и других руководящих товарищей предпринять какой-нибудь встречный жест советским требованиям, чтобы остановить наступление антисоциалистичес­ких сил. Дубчек ознакомил с французской инициативой пленум ЦК и доба­вил, что итальянские и многие другие коммунисты ее поддерживают, но ждут в первую очередь, как отнесется к этой инициативе КПЧ. Решили, что пле­нум ЦК взвесит целесообразность такой инициативы. Признаюсь, что мне на первый взгляд идея вынести спор между нами и пятью союзниками на широкий форум европейских коммунистов показалась хорошей идеей. Мы верили, что свою политику защитим. Даже признание некоторых критичес­ких упреков, которые были адресованы нам пятеркой, не означало бы ника­кой катастрофы, если бы сущность программы демократизации была утверж­дена. И даже если бы главная претензия, которая вызывала у Вальдека Роше множество размышлений - принять какие-либо меры против крайних форм антикоммунизма, была бы большинством партий также признана, мы могли бы внутри страны такие мероприятия, порученные международным фору­мом без больших потерь организовать.

 

Как потом я понял из разговоров с Дубчеком, он не был воодушевлен предложением ФКП. Его мысли были заняты предстоящими двухсторонни­ми переговорами, и кроме того он считал, что французское предложение будет неприемлемым для советской стороны. В этом я был с ним согласен, ведь вполне могло случиться, что на совещании КПСС и вся пятерка окажут­ся в меньшинстве, либо, еще хуже, в положении противников прогрессив­ных тенденций в коммунистическом движении. Невольно я напомнил Дубчеку заседание пленума ЦК в начале мая, на котором во время дебатов по поводу результатов переговоров чехословацкой делегации в Москве я бук­вально умолял Т. Ленарта 31, секретаря ЦК по международным вопросам, чтобы он подготовил визиты членов партийного руководства в некоторые партии социалистических и важнейших капиталистических стран, во время которых нашим партнерам был бы объяснен смысл реформ и основные прин­ципы программы действий. Я верил, что благодаря этой инициативе мы мог­ли бы избежать многих сомнений и, кроме того, дипломатический опыт сви­детельствовал, что личные контакты гораздо более эффективны, нежели пись­ма или информация из СМИ. Тогда меня никто не поддержал, а сам Ленарт дал понять, что эта мысль ему не по вкусу. Его пресловутые колебания, кото­рые некоторые называли «леностью», сыграли тут свою роль. Дубчек лишь повздыхал и покивал головой. Никто никуда не поехал. Руководство ФКП, верное своей осторожной позиции по поводу событий в нашей стране, со­храняло лояльное отношение к КПСС и в нынешних спорах старалось быть нейтральным. Совершенно определенную позицию заняло руководство Ком­мунистической партии Италии. Так, ее представители Г. Пайетта и Ч. Галуззи вели переговоры в Москве о ситуации в Чехословакии. По сообщениям информационных агентств, они признали право советских коммунистов кри­тиковать чехословацких товарищей, но не «громить»; также обратили внима­ние на то, что давление на руководство КПЧ помогает как консервативным, так и антикоммунистическим тенденциям и тем самым достигает противо­положного эффекта. После их возвращения руководство ИКП во главе с Л. Лонго подтвердило полную солидарность с нашим процессом демокра­тизации и выразило обеспокоенность в связи с тем, что некоторые партии понимают развитие событий в ЧССР иначе, и это тогда, когда необходимо сохранить единое международное коммунистическое движение, продвинуть­ся по пути мирного сосуществования систем и признания права наций на свободу и независимость. ИКП призвала другие партии к поддержке КПЧ в ее борьбе за обновление.

 

В возникшей полемике о демократической реформе социализма свою полную солидарность с руководством КПЧ выразила компартия Австрии, охотно согласившаяся с предложением ФКП о проведении европейской кон­ференции. Также выразила свое согласие и Коммунистическая партия Бель­гии, подтвердившая свою поддержу нашей политики. В Тель-Авиве против вмешательства во внутренние дела КПЧ выступила Микунисова секция Ком­мунистической партии Израиля, призвавшая уважать решения международ­ных совещаний 1957 и 1960 гг., в которых подчеркивалась независимость каждой из партий. Коммунисты и левые лейбористы Великобритании требо­вали, чтобы для поддержки демократического развития Чехословакии анг­лийское правительство, наконец, признало мюнхенский сговор 1938 г. ут­ратившим силу. Член руководства Британской коммунистической партии Д. Боуман объявил борьбу за свободу творческой мысли, за демократичес­кую дискуссию и обмен мнениями, а там «где этот творческий дух задавлен - будь то капиталистические или социалистические общества - следствием будет бой за полное и свободное выражение мнений».

 

Официальную позицию США по поводу ситуации в ЧССР выразил гос­секретарь Д. Раек: «Соединенные Штаты Америки не в коей мере не участву­ют в чехословацкой ситуации». Добавил также, что США выступают за право наций иметь возможность «развивать свои национальные институты». Было очевидно, что он подтверждает признание США сложившегося status quo в Центральной Европе, в том числе гегемонию СССР в этом регионе... 32

 

На заседании пленума ЦК КПЧ 22 июля я узнал, что Дубчек и Брежнев договорились о двусторонней встрече, нам постоянно навязываемой, кото­рая должна была в ближайшие дни состояться на чехословацкой территории, что удалось выговорить благодаря ссылке на невозможность чехословацкому руководству покидать территорию ЧССР в период политической нестабиль­ности. Встреча произошла в Чиерне-над-Тиссой 33. Одновременно пленум ЦК КПЧ решил отказаться от предложения ФКП о созыве международной конференции европейских партий, которую «в соответствии с мнением ряда коммунистических стран» признали неуместной и неактуальной. Руковод­ство КПЧ избрало тактику последовательного приглашения в нашу страну представителей отдельных партий и государств, чтобы они на месте могли получить информацию и разобраться в ситуации. На этой основе могли про­исходить потом переговоры с обменом мнениями...» 34

Примечания

 

  1. CISÄR С. Pameti. Nejen о zakulisi Prazskeho jara. Praha. 2005, 1. 813.

 

  1. CISÄR C. Clovek a politik. Kniha vzpominek i livah. Praha. 1997, 1. 65.

 

  1. Ibid., 1. 137.

 

  1. Ibid., 1. 296.

 

  1. АРБАТОВ Г.А. «Человек системы» и свидетель ее распада. М. 2002, с. 112.

 

  1. Närodni Archiv CR. F.C. Cisär. A.J. 150 vyroci K. Marxa.

 

  1. РГАНИ, ф. 5, on. 69, д. 227, л. 2.

 

  1. CISÄR С. Clovek a politik, 1. 415.

 

  1. См. РГАНИ, ф. 2, on. 3, д. 95, л. 81.

 

  1. МАЙОРОВ А. Вторжение. Чехословакия, 1968. М. 1998, с. 19.

 

  1. На беседе с советской стороны также присутствовали советники-посланники посольства В.И. Оберемко и A.A. Крохин. Беседу переводил первый секретарь посольства И.А. Большагин.

 

  1. Дубчек Александр (1921 - 1992) - чехословацкий партийный деятель. До 1938 г. жил в СССР; по возвращении в Чехословакию, до 1944 г. - рабочий. С 1939 г. член КПЧ, в 1944 г. участвовал в Словацком национальном восстании. С 1949 г. на партийной работе; в 1951 г. член ЦК КПС и депутат Национального собрания в Праге. В 1952 г. первый секретарь Национального фронта, с 1953 г. руководил партийным округом Банска Быстрица. В 1955- 1958 гг. учился в Высшей партийной школе при ЦК КПСС в Москве. В 1960-1962 гг. секретарь ЦК КПЧ, в 1963-1968 гг. первый секретарь ЦК КПС и член Президиума ЦК КПЧ. В 1968-1969 гг. первый секретсрь КПЧ, с апреля по сентябрь 1969 г. председатель Федерального собрания. В 1969-1970 гг. посол ЧССР в Турции. В 1970 г. исключен из КПЧ, работал охранником автопарка. В 1989 г. соучредитель движения «Общественность против насилия». В 1990-1992 гг. председатель Федерального парламента. В 1992 г. вступил в Социал-демократическую партию Словакии в качестве ее председателя. В ноябре 1992 г. погиб в результате автомобильной катастрофы.

 

  1. Этот абзац в документе подчеркнут.

 

  1. Письмо было направленно также коммунистическим партиям ГДР, Западного Берлина, Австрии, Бельгии, Болгарии, Кипра, Дании, Финляндии, Великобритании, Нидерландов, Венгрии, Северной Ирландии, Южной Ирландии, Исландии, Италии, Люксембурга, Нор­вегии, Польши, Румынии, Сан-Марино, Швеции, Швейцарии, Чехословакии, Югославии, ФРГ, Испании, Греции, Португалии.

 

  1. Речь идет об известном письме, направленном руководству КПЧ от имени компартий СССР, Польши, ГДР, Венгрии и Болгарии 6 июля 1968 г. с приглашением на встречу в Варшаву 10 или 11 августа 1968 года.

 

  1. На заседании Политбюро присутствовали его члены Л.И. Брежнев. Г.И. Воронов, А.П. Кириленко, А.Н. Косыгин, К.Т. Мазуров, А.Я. Пельше, Н.В. Подгорный, М.А. Суслов; кандидаты в члены Политбюро Ю.В. Андропов, В.В. Гришин, Д.Ф. Устинов, секретари ЦК И.В. Капитонов, К.Ф. Катушев, Ф.Д. Кулаков, Б.Н. Пономарев, М.С. Соломенцев.

 

  1. Приложение № 2 не публикуется.

 

  1. Не публикуется.

 

  1. Информация была направлена коммунистическим партиям Австралии, Австрии, Аргенти­ны, Бельгии, Бразильской, Великобритании, Венесуэлы, Германии, Греции, Дании, Изра­иля, Индии, Иорданской, Иракской, Народной партии Ирана, Коммунистической партии Северной Ирландии, Ирландской рабочей партии, Единой социалистической партии Ис­ландии, коммунистическим партиям Испании, Италии, Канады, Прогрессивной партии трудового народа Кипра, коммунистическим партиям Колумбии, Лесото (Басутоленд), Ли­ванской, Люксембурга, Партии освобождения и социализма (Марокко), коммунистичес­ким партиям Мексиканской, Норвегии, Португалии, Сан-Марино, Сирийской, Суданс­кой, США, Тунисской, Турции, Уругвая, Финляндии, Французской, Цейлона, Чили, Швей­царской партии труда, коммунистическим партиям Южно-Африканской, Японии, Социа­листической единой партии Германии - Западный Берлин, журналу «Проблемы мира и социализма».
  2. Нет в деле.

 

  1. Приложение № 4 не публикуется.

 

  1. Приложения к документу не публикуются.

 

  1. Не публикуется.

 

  1. Не публикуется.

 

  1. Гаек Иржи (1913-1993) - в 1930-х годах чехословацкий социал-демократический деятель. В 1939-1945 гг. был помешен в концлагерь (интернирован). В 1945-1948 гг. деятель соци­ал-демократической партии Чехословакии, после ее слияния с КПЧ - профессор истории и международных отношений. В 1955-1965 гг. на дипломатической службе, затем до 1968 г. министр школьного образования. В 1968 г. министр иностранных дел ЧССР, в августе 1968 г. снят с должности. В 1970 г. исключен из КПЧ. В 1977-1978 гг. представитель «Хартии 77». После «бархатной революции» 1989 г. с 1990 по 1992 г. политический советник Дубчека.

 

  1. Опущен рассказ о посещении винных погребов.

 

  1. Биляк Василь (р. 1917 г.) - по профессии портной. В 1944 г. участвовал в Словацком национальном восстании, член КП Словакии. С 1950 г. на партийных должностях в Слова­кии. В 1954-1958 гг. секретарь партийной организации в Прешове, позднее в Братиславе в аппарате ЦК КПС. С 1954 г. член ЦК КПЧ. В 1960-1963 гг. государственный министр без портфеля. В 1968 г. первый секретарь ЦК КПС и член президиума ЦК КПЧ, ведущий представитель просоветской группы в руководстве КПЧ. На партийном съезде КПС в авгу­сте 1968 г. освобожден от занимаемых должностей, однако остался членом Президиума и секретарем ЦК КПЧ, ведал партийными и экономическими связями партии. В 1970-х годах один из главных представителей левого крыла в КПЧ, один из критиков «Хартии 77». В 1988 г. ушел со всех занимаемых постов.

 

  1. Луиджи Лонго (1900-1980) - член ИКП с момента ее создания (1921 г.), в 1921-1928 гг. один из руководителей Коммунистического союза молодежи Италии, делегат IV конгресса Коминтерна. В 1926 г. избран в ЦК ИКП; член Исполкома КИМ (1928 г.). Затем руководил партийной работой среди итальянских эмигрантов в Швейцарии, работал в Заграничном бюро ИКП во Франции. С 1932 г. представитель ИКП при Исполкоме Коминтерна, канди­дат в члены ИККИ. В 1935 г. работал во Франции уполномоченным ЦК ИКП по работе среди эмигрантов. Во время гражданской войны в Испании (1936-1939 гг.) был генераль­ным инспектором Интернациональных бригад (под именем Галло), участвовал в боях. После поражения Испанской республики выехал во Францию, где был интернирован, а в 1941 г. выдан французскими властями фашистскому правительству Италии. До 1943 г. находился в тюрьме и в ссылке на острове Вентотене. Затем стал одним из руководителей партизанского движения, командовал гарибальдийскими (коммунистическими) бригадами, входил в ЦК национального освобождения (председатель его военной комиссии, заместитель команду­ющего всеми партизанскими отрядами). На V съезде ИКП (январь 1946 г.) был избран заместителем генерального секретаря партии. В августе 1964 г., после смерти Пальмиро Тольятти, Лонго стал генеральным секретарем ИКП (с 1972 г. - председатель ИКП). В 1946-1947 гг. - депутат Учредительного собрания, с 1948 г. депутат парламента.

 

  1. Опущен рассказ Цисаржа о нарастании противоречий между КПЧ И КПСС.

 

  1. Роше (Rochet) Вальдек (1905-1983) - родился в семье крестьянина, работал с 8 лет (пастух, затем сельскохозяйственный рабочий). В 1924 г. вступил в ФКП. В 1932-1934 гг. секретарь Лионской федерации ФКП, в 1934 г. стал секретарем аграрной секции ЦК ФКП, членом бюро Всеобщей конфедерации трудящихся крестьян Франции. В 1935 г. делегат VII конг­ресса Коминтерна. В 1936 г. избран кандидатом в члены ЦК, депутатом парламента. С 1937 г. член ЦК ФКП. В 1940 г. по сфабрикованному реакцией делу 44 депутатов-коммунистов был осужден на 5 лет каторжных работ. В 1943 г., после освобождения, представлял ФКП во Французском комитете национального освобождения в Лондоне. В 1945 г. избран депу­татом Учредительного, а затем Национального собрания Франции. В 1954-1958 гг. замес­титель председателя, в 1958-1959 и 1962-1964 гг. председатель парламентской группы ФКП в Национальном собрании. На съезде ФКП в 1945 г. избран кандидатом в члены Политбюро. С 1950 г. член Политбюро. В 1959-1961 гг. член Секретариата ЦК ФКП, в1961-1964 гг. заместитель генерального секретаря, в 1964-1972 гг. генеральный секретарь ФКП. На XX съезде ФКП (декабрь 1972 г.) избран почетным председателем партии.

 

  1. Ленарт Йозеф (1923-2004) - в 1946-1950 гг. функционер, с 1950 г. член ЦК КПС. В 1951 - 1953 гг. зам. министра легкой промышленности. В 1953-1956 гг. обучался в Высшей партий­ной школе в Москве. В 1958-1962 гг. секретарь ЦК КПС; с 1958 г. также член ЦК КПЧ. В 1962-1963 гг. председатель словацкого Национального совета. В 1963-1968 гг. премьер- министр ЧССР и член Президиума КПЧ. В 1968-1970 гг. секретарь ЦК КПЧ. В 1970-1987 гг. первый секретарь ЦК КПС. В 1970-1990 гг. также член Президиума ЦК КПЧ.

 

  1. Опущен рассказ о развитии внутриполитической обстановки в ЧССР.

 

  1. Двусторонние советско-чехословацкие переговоры в Чиерне-над-Тиссой проходили 29 июля - 1 августа 1968 года. В них участвовало руководство обеих партий почти в полном составе. Советская сторона требовала установить контроль над средствами массовой информации, закрыть все организации, не входившие в Национальный фронт, удалить с занимаемых постов Ф. Кригеля, Ч. Цисаржа, Й. Павела (министра внутренних дел), И. Пеликана (руко­водителя чехословацкого телевидения). Чехословацкое руководство дало устное обязатель­ство обуздать прессу, подтвердило верность социалистическому выбору и Организации Вар­шавского договора. После длительных дискуссий было решено продолжить многосторон­ние переговоры.

 

  1. CISAR С. Pameti, S. 813-819, 894-897.

 

 



Hosted by uCoz